Книга Собственное место, страница 17 – Нина Князькова

— Ни о чем, – слишком быстро ответила я. Мда, а еще психолог называется. Ну и пусть, что детский, но иногда мне лучше молчать, чем придумывать что-то. – Думаю, как буду добираться до дома.

Мужчина нахмурился.

— На машине, – ответил он.

Так и хотелось ответить, что машины у меня нет, но я вовремя прикусила язык. Тем более, что автомобиль остановился на парковке у высокого офисного здания. Что-то не похоже, чтобы тут ритуальными услугами занимались.

— Идем, – пока я разглядывала здание, Шабалов обошел машину и открыл мне дверь.

Ладно, у меня сейчас все равно выбора нет, кроме как идти за этим человеком.

— Василий Палыч, – у входной двери нас встретил огромный амбал, смутно знакомый по вчерашнему вечеру. – Все готово. Вас ждут.

Как ни странно, ждали нас на первом этаже, где и сопроводили по коридору в… подвал здания. Там, видимо, и располагалась нужная нам компания.

— Василий Палыч, – радушно встретили нас в одном из кабинетов и даже услужливо выдвинули мне стул.

Ладно, посидим, послушаем. В следующие полчаса мне было достаточно нелегко сосредоточиться, так как в первую очередь мне объявили причину смерти, хоть и смягчили это фразой, что она не мучилась. Скорее всего даже не поняла ничего. Но я с трудом пыталась сосредоточиться на всем остальном. Похороны пышные? Нет, только для своих. Отпевание? Мама верила, пусть будет. Никаких поминальных банкетов и прочей ерунды. Все скромно. Кладбище? Да ближайшее к дому, удобнее ездить будет.

— Ну все, завтра в девять часов ждем у часовни, – подвел итог белозубый мужчина в черном пиджаке.

— А деньги? – Вырвалось у меня. – Сколько?

— Нисколько, – покачал головой мужчина.

Я возмущенно посмотрела на Шабалова.

— Дома разберемся, – пообещал он мне.

Я проглотила свое возмущение. Действительно, не при людях же товарно-денежные отношения выяснять. У меня дома лежит небольшой запас (маме на курс массажа откладывала и на лекарства), там должно хватить на похороны.

После посещения похоронной компании, я отказалась от щедрого предложения Шабалова отобедать в каком-нибудь ресторане, поэтому мы поехали домой. Когда машина остановилась во дворе, я повернулась к мужчине.

— Василий Павлович, зайдите ко мне, – попросила.

Он как-то понимающе усмехнулся, но в квартиру поднялся. Я же, едва выпуталась из куртки и разулась, сбегала в комнату, открыла шкатулку с наличными, выгребла все под чистую и вернулась как раз тогда, когда Шабалов закончил снимать верхнюю одежду.

— Вот, – протянула я ему деньги.

— Это что? – Тут же посерьезнел он.

— Деньги за похороны, – я настойчиво протянула их ему.

Мужчину аж перекосило.

— Убери и больше не показывай мне их, – вдруг рыкнул он.

Я упрямо выпятила подбородок.

— Вы заплатили за все. Возьмите деньги, – упрямства мне тоже было не занимать.

— А если не возьму? – Нехорошо прищурился он. – В суд подашь?

Я сжала зубы, чтобы не выругаться.

— Нет. Отдам их Злате Павловне, пусть она вам их…

— Ты хоть понимаешь, как себя ведешь? – Перебил он меня, шагнув так, что рука с этими злосчастными купюрами уперлась ему в грудь. – Любая нормальная женщина ждала бы денег от меня, а ты ведешь себя…

— Я не женщина. Я детский психолог-логопед, – не стала я слушать его.

— Ты – дура! – Вынес он вердикт, вдруг выбил у меня эти деньги из руки, а в следующую секунду впился мне в губы поцелуем, припечатав спиной в стену коридора. У меня тут же поплыло сознание, так как что-что, а целоваться Шабалов умел мастерски. Да и не только целоваться, но и распалить женщину так, что она остатки сознания на ровном месте потеряет. – Не здесь, – вдруг отвлекся он на несколько секунд, за которые я вдруг осознала себя без футболки и с ногами на его пояснице.