Книга Собственное место, страница 60 – Нина Князькова

А потом меня скрутил новый приступ боли, от которого я отошла только тогда, когда мне кислородную маску к лицу прижали.

— Поспи, девочка, – велел кто-то и я уснула.

Приходила в себя постепенно, толчками. Вот вроде бы вынырнула из небытия, но глаза почему-то сами закрыться пытались. А вот сознание, наоборот, было ясным. Я тоже в какой-то степени была медиком и понимала, что внематочная – это очень серьезные последствия для всей моей дальнейшей жизни. Гарантий, что я смогу нормально после этого родить нет никаких. И зачем я такая Василию? Для чего дальше жить?

Почувствовала, как по вискам побежали слезы.

— Ну что ты? – Меня кто-то взял за руку и крепко сжал. – Все не так страшно.

Я заставила себя открыть глаза и посмотрела на Злату Палну, которая с беспокойством разглядывала меня.

— Страшно, – проскрипела. – Я теперь родить не смогу.

— С чего это? – Вскинула она идеальные брови. – Тебе кто такую чушь в голову вбил.

— Учебник по анатомии, – выдохнула я и всхлипнула.

— Вот тебе бы этим учебником да по голове твоей глупой, – поджала она губы. – Хорошо, что плод удачно прикрепился и удалили только одну трубу. Все остальное сохранили, так что через полгода можешь нормально планировать беременность, – попыталась она меня успокоить.

От кого? От кого мне беременеть через полгода, если меня Василий прогонит такую проблемную меня в квартиру, где какой-то там ремонт идет.

— Не будет никакой беременности, – я попыталась стереть слезы, но делом это было бесполезным, так как они никак не заканчивались.

— Это ты Ваське будешь рассказывать, – кивнула она куда-то себе за спину.

Я нахмурилась и, повернув голову, уставилась на соседнюю кровать, на которой мирно посапывал Шабалов.

— Э-э, – протянула я, пытаясь понять, откуда он здесь вообще взялся.

— Я ему позвонила, когда врач сообщила, что с тобой случилось. Васька подрался сначала с персоналом своей больницы, требуя, чтобы его отпустили оттуда. Гоша его сюда привез, он и здесь подрался, потому что его к тебе не пускали, – пояснила мне эта мудрая не по годам женщина. – Два шва разошлись на плече у идиота, но он отказался зашиваться, пока его к тебе не пустят. В итоге пришлось его усыпить, зашить и к тебе сюда доставить. Еще пару часов он точно не проснется.

Я часто-часто заморгала, потому что мне захотелось разреветься в голос. Неужели ему не все равно? Только сейчас до меня начало доходить, что кажется, не только семья Василия приняла меня его женой, но и он сам, хотя, наверное, еще не до конца это осознает. А мне-то что теперь с этим знанием делать?

Василий

Я медленно приходил в себя. Блин, и что за гадостью меня накачали, что в сознание я возвращался с мутными урывками реальности. Даже, кажется, голос Златки слышал, но галлюцинации в таком состоянии не редкость.

Отпустило меня резко и тут же заныло плечо. Я вспомнил, как сестра позвонила мне и сообщила, что у Адель подозрение на выкидыш. Меня тогда, как ледяной водой окатило. Помнил, как сорвался из палаты, и как меня попытались задержать врачи. А потом второй звонок и страшное: «внематочная беременность». Тогда я просто ударил моего лечащего врача (надо будет потом извиниться) и удрал из больницы с охраной. Приехал сюда, а тут снова меня не пускают. Вспомнил бурную молодость и подрался снова. Меня скрутили и только потом заметили на рубашке пятно крови. Шов разошелся, но мне было плевать. Где-то неподалеку в операционной делали операцию моей жене. Что с ней? В каком она состоянии? Меня эти вопросы волновали больше, чем какие-то там швы. В итоге, меня усыпили. Гады!