Книга С расстегнутыми пуговицами, страница 16 – Екатерина Че

— Ясно, ничего не изменилось значит. — Хмыкнул знакомый.

— Ну почему же? Вискарь подорожал, слышал?

— Да ну тебя. — Роман только махнул рукой и отсалютовал каким-то знакомым.

— Ладно, пойду я, скажу свое, веское. Увидимся. — Виталий медленно вырулил между гостей, в нужном направлении.

***** *****

Почему я такая амеба? Вот ведь не было настроения идти на эту свадьбу, совсем. Зачем тогда пошла? Ну и что, что сейчас мы в разных экипажах, Диму обижать не хотелось. Мы всегда хорошо общались.

Димка он добрый. Девочку его не знаю, но уверена, что он плохую не выбрал бы. И одной идти тоже не хотелось. Виктор Евстафьевич конечно намекал на Мишу, но нет. Ради одного вечера давать надежду это плохой выбор. И пользоваться хорошим отношением тоже. Ничего, поздравлю, поулыбаюсь и потихоньку бочком-бочком домой.

Платье бесило и раздражало. Вроде и цвет красивый и покрой, но вот неудобно и все тут. А вот не надо было все на последний день откладывать! Теперь приходилось принаравливать шаг к сумасшедшему разрезу на подоле, и держать себя в руках от дикого желания почесаться. Красивый струящийся материал с искрами каких-то блестящих вкраплений нещадно покусывал кожу в самых нежных местах. И кажется входил во вкус, зуд становился все сильнее и нетерпимее.

Незаметно провела рукой по бедру вдавливая ткань в кожу, чтобы хоть не надолго избавится от противного желания провести со всей дури ногтями, и неожиданно встретилась взглядом со знакомыми карими глазами. Да ладно!? Как? Михаил тут же сделал вид, что сильно увлечен процессом фотосъемки молодых, выходило у него это плохо. Я упрямо сложила руки на груди и не отрываясь смотрела на этот спектакль. Михаил не имел никакого отношения ни к Диме, ни к его невесте. Это я знала точно от тогоже Естафьича, пока он убеждал меня взять Мишу с собой на это мероприятие. Так каким чудом он тут оказался? Ну Евстафьич…, ну друг… Плечи Михаила поникли, когда он понял, что просто так я от него не отстану и объяснений не избежать.

— Привет Саша, шикарно выглядишь, тебе очень идет этот цвет. — Глаза смотрели с щенячьей преданностью и немым укором “я же хороший” чего ты?

— Спасибо Миш. Какими судьбами? — Прозвучало не очень дружелюбно, парень тяжело вздохнул.

— Брат двоюродный дружит с Диминым другом. — Вымученная улыбка вызвала укол совести. Нет, это нужно прекращать! Так нельзя!

— Миш, давай начистоту, а? Я же все понимаю, и ты все понимаешь, ну зачем вот это все? Я не буду с тобой встречаться, ты замечательный человек, отличный друг, и все такое, но … я не давала поводов думать иначе, и настойчивость и терпение тут не помогут, прости Миш. — Парень кивал в такт словам, кончики его ушей розовели все больше. В груди разливалась адская смесь из раздражения, злости и досады. Настроение и так бывшее ниже плинтуса, упало окончательно. — Друзья? — я протянула ему руку. Через долгое мгновение он все-таки ответил на рукопожатие, задержав мою ладонь в своей и задумчиво поглаживая ее большим пальцем. — Миш?

— Прости Саш. Конечно. Друзья. — Я мысленно выдохнула, а молодой человек грустно улыбнулся в ответ. — Я постараюсь не попадаться тебе на глаза сегодня, на работе уж прости не получится. — Улыбнулась и сделала вид, что оценила шутку. Между нами повисла неловкая тишина. Моя рука по прежнему была зажата в его ладони. Я аккуратно попыталась высвободится, рывками освобождаясь из теплых пальцев. Так, всё! Последний рывок, свобода и печальные карие глаза. Ничего, переживет.