Книга С расстегнутыми пуговицами, страница 3 – Екатерина Че

Александра осторожно подошла к командиру, положила ему руку на горло и тоже закрыла глаза.

Черт меня дернул ввязаться во все это! Это что недосып? Недотрах? Или просто потихоньку старею? Эпатажник хренов! Взять и раздеться догола перед девчонкой! Вот на кой ты это сделал, а?! Чего хотел доказать и кому?! Придурок!!

Но, краснеет она очень мило, надо признать. Давно не видел стыдливых девиц. Приятно почему-то.

“Закройте глаза пожалуйста!” А вот этого по договору не было! “И не говорите мне ничего!” Да хотел бы не сказал! Слов уже нет.

На горло опустилась маленькая теплая ладошка. Виталий еле сдержался, чтобы не вздрогнуть. Задержалась на несколько секунд и потихоньку поползла вниз, периодически замирая на одну две секунды. Ну, хорошо. Глаза закрыл, но не подглядывать не обещал!

Ладошка скользнула по центру груди вниз. Замерла на уровне сердца. Я слышал как дыхание девушки изменилось, стало более напряженным. Приоткрыл один глаз.

Новикова стояла передо мной тоже с закрытыми глазами. Ее ладонь медленно двигалась по животу дальше, вниз, отчего мой пресс напрягался, и похоже не он один. Я закрыл глаз, но непроизвольно дернулся, когда рука дошла почти до пупка. И тогда я почувствовал ее вторую руку у себя на спине, на пояснице. Она очень мягко, но крепко удерживала меня в ровном положении, не позволяя отклоняться и отдаляться от своей руки у меня на животе. Никаких особенных ощущений у меня не было, ничего со мной не происходило, но эти две маленькие теплые ладони на голой коже заставляли меня нервничать. Наконец я услышал:

— готово. Вы что-нибудь чувствуете?

— чувствую, конечно. Холодно мне, нараспашку! — прозвучало агрессивно, но это лучше чем, то что сейчас рвалось на волю совсем в другом месте. Александра закусила край нижней губы и опустила глаза.

— непробиваемые вы все! — ее губы подрагивали, — И бесчувственные! — голос тоже вибрировал, не то от обиды, не то от гнева.

— это еще почему это? Очень даже чувственные. И не непробиваемые, а неУбиваемые ты хотела сказать. Это да. Согласен.

— давайте назад все сделаю. — Девушка досадливо махнула ладошкой в неопределенном направлении.

— а что, так нельзя оставить?

— нет, нельзя. — Укор в глазах девушки говорил очень красноречиво. — Я не знаю по какой причине вы закрылись и от кого. Не мне решать.

— то есть за Антона своего ты решать не постеснялась?

— я не решала за него. — Девушка вскинула подбородок и уперлась взглядом прямо в глаза мужчины. — Я хотела помочь, хотела быть рядом! Вы не понимаете! Жить за такой стеной тяжело! Вы отрезаете от себя большую часть мира и отказываетесь от нормальных отношений!

— да ни от чего я не отказываюсь! И не отрезаю ничего! Я что плохо живу?!

В глазах девушки закипали слезы. Зачем согласилась на это? Она не очень вежливо дернула мужчину на себя, закрыла глаза и снова прижала руки к его телу. Одну к спине и одну к животу.

— а как же глаза? Мне закрывать? — Теперь ладошки были не такие теплые. И почему-то ему показалось, что слабые. Хотя как можно тут определить слабость?

Ответа не было. Он молча наблюдал как рука медленно ползет вверх, замирая чуть дольше в области сердца. Смотрел на упрямо сжатые губы и напряженно сомкнутые веки. На уровне яремной ямки руки остановились. Девушка открыла глаза, убрала руки и сделала несколько шагов назад.