Книга Янтарные бусы, страница 54 – Алёна Берндт

— Хороший он мужик, – сказал дед Иван, облокотившись на забор палисадника. – Удивительно, что такой сынок у него получился!

Люба чуть поежилась, летняя ночь веяла прохладой, и только было хотела сказать деду, что давно пора на боковую, как в переулке замаячила одинокая фигура, которая быстро приближалась. Люба с удивлением узнала походку Олега, который остановился в нерешительности, увидев у калитки и Любу, и деда Ивана.

— Люб… можно с тобой поговорить? – деваться было некуда, Олег понял, что его увидели. – Я буквально на пять минут! Давай отойдем в сторонку, пожалуйста…

Иван Савельевич сердито засопел и посмотрел на гостя, но Люба опередила его:

— Пришел говорить – говори здесь. А по углам я с тобой шептаться не намерена!

Олег нерешительно мялся с ноги на ногу, поглядывая на стоящего в калитке Ивана Савельевича. И Люба, подождав пару секунд, вошла во двор вслед за дедом и с грохотом закрыла за собой калитку на засов. Никаких разговоров не будет, она так решила.

В тот поздний вечер было Любе, конечно, очень любопытно, зачем же приходил Олег к ней в столь поздний час. Заперев калитку и дверь в дом, она подождала, пока уляжется, чуть покряхтывая, дед Иван на боковую, а сама украдкой выглянула в окно из-за шторки. Летняя ночь была светла, серебряный лунный лик на всю округу разливал свой свет, и Люба хорошо разглядела, что Олег сидит на скамейке у их палисадника, привалившись спиной к штакетнику. Когда-то давно, теперь уже кажется, будто бы и вовсе в прошлой жизни, вот так же он сидел в ожидании, когда Люба соберется на прогулку. А теперь… теперь ни Люба никуда не собиралась, ни Олег ее не ждал. Люба понимала, что ему просто не хочется идти домой.

Ей бы позлорадствовать, но на душе почему-то стало горько и грустно. Стало жаль порушенного уютного мирка, который Любе нравился, несмотря на всякие недостатки. Но вот такой она, видимо, человек – ей нравится создавать уют для кого-то, нравится обустраивать дом, хозяйничать во дворе и придумывать, что бы такого приготовить на обед или ужин. И вот сейчас, глядя в окно на темный силуэт Олега, который сидел теперь, наклонившись вперед и обхватив голову руками, Люба подумала, что в этом-то они и не сошлись с ним…. Принимал Олег ее заботу и труд как должное, но не ценил, этого ему, видимо, было мало, потому и пошел искать приключений на стороне.

Люба с сожалением вздохнула, задернула поплотнее штору и улеглась в кровать. Она знала, что если уж Олегу что-то взбрело в голову и он решил с нею поговорить, то встреча их неминуема. Так и оказалось: на следующий же день, когда Люба вышла с работы, она даже не удивилась, увидев Олега на прежнем месте – возле акации.

— Люба! Я тебя жду! Удели мне пять минут! – Олег увидел, что Люба нахмурилась, увидев его, потому поскорее поспешил догнать ее. – Я вчера думал, ты выйдешь поговорить, ждал тебя… Мы же взрослые люди, должны все обсудить. Ты что, без Ивана Савельевича со мной не можешь встретиться? Обязательно вот это…

— Ну, начнем с того, что я вообще и не обязана с тобой разговаривать, сколько можно по кругу ходить! Ушел – строй новую семью и отстань уже от меня наконец, у меня своя жизнь. А дед… вообще-то, это его дом – кого хочет, того пустит, а кому и граблями может прилететь. Что тебе надо от меня?!