Книга Рубль-пять, страница 95 – Алёна Берндт

И теперь Натка думала, почему же Юрий Георгиевич все же признался в этом, что им двигало. За столь короткое знакомство с ним Натка поняла, что человеком он является весьма расчетливым, если не сказать больше… Ну, как бы то ни было, а выяснять это у Натки не было никакого желания, она вообще испытывала некий внутренний стыд от того, что с таким человеком ее связывает кровное родство. Но потом повседневные заботы отвлекли ее, и она была этому очень рада, вспоминать о неприятной встрече ей не хотелось. Натка решила, что найдет другой путь, при помощи Николая Ивановича, как разузнать что-то о маме…

— Натусь, надо что-то решать нам с тобой, – заявил Саша в очередной свой приезд. – Что мы, так и будем на два дома… В общем, я подумал и решил, нам надо расписаться! То есть… прости… Ты выйдешь за меня замуж?

Не сказать, чтобы сама Натка не ожидала и не думала про это, но услышав это от Саши… ей стало радостно, но в то же время немного страшно что-то менять. Ее устраивало то, что сейчас было между ними, одно только омрачало ее почти безоблачное счастье – она понимала, что Саше тяжело мотаться к ним из города, да и они с Алешкой скучали по нему.

Однако события, происходившие в ее жизни в последние годы, изменили Натку, и поэтому она ответила твердым и уверенным «Да!» на предложение Саши, верная новому своему принципу – не попробуешь, не узнаешь. Да и в Саше она была уверена, как в самой себе. Только вот к переезду в город она была не готова.

— Саша, а как мы будем в городе… У Алешки здесь друзья, школа, да и Буранка там как будет. Я понимаю, что в городе больше возможностей, наверное, но может, пока Алешка еще школьник, останемся в Советском?

— Да, вопрос, конечно. Признаться, я надеялся все же на ваш переезд, но… сам понимаю, что Алешке здесь привычнее в школе, у тебя работа… да и собаке лучше будет во дворе, чем в городской квартире. Ладно, что делать, попробую поискать перевод в Советский… В конце концов, мне одному проще переехать, чем вам троим.

На том и решили, чему Натка очень была удивлена. Оказывается, все вопросы можно решать вот так – думая, как будет удобно всем, а не кому-то одному. Расписаться решили летом, без особенных торжеств, отметив событие дома, с семьей и близкими друзьями.

Однажды Натка возвращалась домой с работы в предвкушении приятного вечера, сегодня с дежурства должен вернуться Саша; весенний теплый ветерок, напоенный ароматом зацветающей сирени, играл ее волосами. Она улыбалась вечереющему небу, по которому неспешно плыли сиреневые предзакатные облака, когда вдруг до нее донесся остервенелый лай Бурана. Натка была еще в самом начале Березовой, но голос этот узнала бы из тысячи. Пес лаял зло и агрессивно, не как обычно – чуть даже игриво, и Натка поняла, что это неспроста!

Сама не поняла, как она так быстро долетела до своего двора, и у самых ворот нос к носу столкнулась с выскочившим с их двора злым растрепанным мужиком, в котором, приглядевшись, узнала своего бывшего мужа. Андрей обернулся и грозил кому-то кулаком, матерно ругаясь и осыпая кого-то проклятьями. Губа его была разбита, под глазом заплывал синяк, а ворот несвежей рубашки был чуть разорван.

— Иди давай, а то еще выпишу тебе «лекарства»! – В притворе калитки, сложив на груди руки, стоял Саша, рядом с ним сидел злой и настороженный Буран. – И смотри, чтоб я тебя тут даже в периметре не видел, иначе тебе обе ноги сломаю.