Книга Верь мне, страница 100 – Алёна Берндт

Она поднялась ему навстречу, и Сергей прижал её к себе, стараясь успокоить, защитить её от плохих воспоминаний, от всех неприятностей этого мира.

По приезде вернувшаяся домой, счастливая и радостная Женька побежала первым делом к бабушке Меланье и деду Николаю, чтобы рассказать радостные новости. Во-первых, что Ульяна согласилась выйти замуж за папу, во-вторых, что Елизавета Петровна и Михаил Иннокентьевич передали для них подарок, который Женька теперь осторожно несла в коробке.

За спиной у неё висел нарядный рюкзачок, купленный для неё Ульяной в Москве. А в рюкзачке были небольшие столичные подарки от самой Жени для бабушки и деда, и для Маши.

— Внуча, как у тебя так получается — растешь как на дрожжах! — воскликнула бабушка, увидев в Женьку в дверях дома, на что девочка звонко рассмеялась и кинулась обнимать бабушку.

— Бабуль, я кушать не буду, спасибо! Я дома пообедала, ты нам наготовила там, к приезду! Спасибо, что Василька кормила, он так вырос! Бабуль, я к Маше побегу, хорошо? Они уже два дня учатся, я же пропустила из-за поездки, узнаю задание на дом. А после снова к вам, как раз и дедушка придёт с дежурства.

— Беги, беги, стрекоза, — рассмеялась бабушка, — А после с Машей и приходите, я конфет шоколадных купила, чайку попьёте!

— Хорошо, бабуль! — уже в сенях крикнула Женька и побежала к дому Маши.

Вскоре две подружки, обсудив все новости, накопившиеся у обеих за время разлуки, вышли из дома и отправились вместе к Кире — Женя хотела как можно скорее подарить своей старшей подруге, купленную для неё в столице книгу со схемами, футляр для игл и ножнички.

— Сейчас к Кире сходим, а потом к бабушке пойдем, — говорила Женя подруге, — Она звала на чай с конфетами!

— Жень, а ты в Москве куранты видела? А эскимо ела? — Маша с любопытством глянула на подругу, перепрыгивая через лужу.

— Видела куранты, там очень красиво! Я тебе набор открыток купила, с Москвой, только дома они, еще не распаковывали коробку с книгами. А эскимо — ага, ела! Вкусное! Там прямо на улице лотки есть с мороженым, мы с папой и Ульяной всегда покупали, а еще ходили в кафе «Мороженое», там можно с разными сиропами заказать!

— Здорово! — вздохнула Маша, — Эх, я бы тоже хотела Москву посмотреть! Везучая ты, Женька!

— Ульяна сказала, что мы летом поедем еще в Ленинград, у неё там тётя живет. Ульяна сказала, там еще красивее, чем в Москве! Я думала, что они с папой одни захотят поехать. Без меня… ну, после свадьбы. А Ульяна сказала, что никуда без меня они не поедут — только все вместе.

— Женька, как же я рада за тебя! — Маша обняла подругу, — Ульяна такая хорошая! Моя мама говорит, что она просто ангел. И еще говорит про неё, что она учитель с большой буквы.

— Ты знаешь, когда я приехала из Волгограда, после тёти Нины, я вообще хотела, чтобы папа никогда не женился. И чтобы мы с ним так и жили всегда вдвоём, без никого! А потом, когда мне Ляля рассказала про Ульяну, и я на кружок к ней стала ходить, узнала её… я подумала, что вот хорошо было бы, если бы такая, как Ульяна, моего папу полюбила, и он её чтобы тоже. Всё сбылось!

За разговорами девочки дошли до Кириного двора. Снег уже почти весь сошёл, только в тени, под высоким забором Липатовых еще лежал потемневший сугроб, да на огородах возвышались сероватые снежные кучи. Вот-вот, уже скоро, почки выпустят на свет душистые махонькие листочки, такие нежные, что их даже не будет видно вначале, лишь зеленоватая дымка окутает ветки. А после загудят в воздухе тяжелые майские жуки, пчелы проснутся и поспешат собирать с первоцветов нежный сладкий нектар. Закружится весна в зелёном вальсе, защебечут птицы, поскорее зазывая в эти края щедрое красное лето…