Книга Верь мне, страница 16 – Алёна Берндт

Разорвав конверт, Димка бросил его в сугроб, пнул выпавшую у Жени библиотечную книгу и рванул вниз по улице. Ошарашенная услышанным Женька так и осталась сидеть на снегу.

Меланья Фёдоровна всё чаще поглядывала в темнеющее окно — внучка должна была уже вернуться домой.

— Дед, чего-то Женьки нет долго, — позвала она мужа, — Темнеет уж…

— Да поди к Лукьяновым зашла по дороге, да с Машей заигралась. Подождем полчаса, если не придёт, дойду до них, — отложив в сторону газету, отозвался Николай Николаевич.

Вскоре во дворе скрипнула калитка, и Меланья Фёдоровна украдкой облегчённо вздохнула. Послышался скрип шагов по морозному снегу, Женька отряхнула валенки лежащим на крыльце веником и вошла в дом.

— Внуча, ты что так задержалась, я уже и волноваться начала. Хотела деда отправлять тебя встречать…

— Да ничего, бабуль. Просто шла медленно, — ответила Женька, прижимая к себе порванные обложки книг.

Женя достала клей, чистую кисть и бумагу, разложила на столе покалеченные Димкой библиотечные книги и молча осматривала повреждения. Меланья Фёдоровна внучку свою знала хорошо, и почувствовала напряжение в её взгляде.

— Жень, пошли чай пить? До ужина еще долго, а ты с морозца согреешься. Тю, а это что же за варвар такое с книгами сотворил?

— Бабуль, а правду говорят, что у папы в Волгограде новая жена есть, и дети?

— Это кто тебе такое сказал? — Меланья Фёдоровна не сразу и слова нашла, чтобы ответить.

— Димка Конев сказал, — ответила Женя и посмотрела на бабушку вдруг в одночасье ставшими такими взрослыми глазами.

Меланья Фёдоровна присела на краешек стула возле внучки — разговор им предстоял долгий. И о том, что Женькин отец еще совсем молодой, и всю жизнь он не сможет прожить один. И что от того, что у него появится новая семья, Сергей не станет меньше любить свою дочку.

Дважды заглядывал в комнату внучки дед Николай, удивлённый тем, о чем же так долго беседуют Меланья и Женя. Поняв суть разговора, он тихо притворил дверь и отправился в кухню, заварить на всех чаю с пряниками.

Нескоро вышла из комнаты внучки сама Меланья, чуть нахмурив брови и устало опустилась на табурет у дубового стола.

— Ну что, как она? — негромко спросил у жены Николай, — От кого узнала? И ведь что, только сами хотели обо всём рассказать…

— Сергей прав был, подождать надо было — мало ли как у него с Ниной сложится, зачем было зря девчонку волновать. Только вот позабыла я, что Клавдия-то Конева, Димкина мать, на коммутаторе работает да все новости про всех знает, а язык у нее всегда вперед ума бежал. Ты пока тут присмотри — картошка в печи на ужин поставлена, а я до Клавдии дойду!

Меланья Фёдоровна обула валенки, накинула шаль поверх тонкого платка и вышла за дверь. До дома Коневых было недалеко, дом их стоял в самом начале улицы и светился всеми окнами, значит, Клавдия была, скорее всего, не на дежурстве.

Открыв калитку, Меланья встретилась нос к носу с большой рыжеватой Найдой, уже несколько лет верой и правдой, охраняющей двор Коневых.

— Иди в будку, Найда! Я поговорить пришла с хозяевами твоими, — строго сказала Меланья собаке и та вдруг посторонилась, пропуская гостью в дом.

Взойдя на крыльцо, Меланья Фёдоровна открыла дверь в сени и постучала во вторую дверь, сопроводив стук возгласом: