Книга Замерзшая душа, страница 31 – Алёна Берндт

— Что, спекулянтки, расщедрились кипяток бесплатно наливать? Денег много на рабочем классе нагребли, решили часть раздать!

Старый водитель чай брать не стал, подхватил обычную свою покупку – картошку с зеленью и маслом- зло бросил на клеенку деньги и удалился к своей машине.

Лида негромко заругалась, а Варя сникла. Как-то горько стало ей от злых слов, хотя, конечно, обращать внимания на плохое настроение каждого проезжего было глупо. Но это злое слово «спекулянтки» почему-то больно ранило Варю, и она подумала, что каждый день стоять здесь стало тяжеловато для неё. И подумала, что ей снова стоит поискать себе работу в селе, или в Екатериновке, обычную и постоянную…

Воскресным утром Варя прибиралась во дворе, сегодня у них с Лидой был выходной. Алёшка еще спал, ноябрьский день дышал зимним холодом, стылую землю уже покрывал снег. Взяв вёдра, Варвара пошла в сторону колонки, намереваясь истопить баню, напарить Алёшку, который с упоением нагулялся по свежевыпавшему снегу, а к вечеру пятницы зашмыгал носом.

— Тётя Варя, а Лёшка гулять пойдет? – прибежал во двор шустрый Егорка.

— Даже не знаю, отпускать вас или нет. Алёшка зачихал, а ты, я слышу, охрип? Снег ели что ли, разбойники?

— Нет, ты что тёть Варя! Снег же грязный! Да мы ненадолго, просто до Ваньки Старостина дойдём, он нам что-то показать обещал.

— Мам, мам, можно, пожалуйста? – выскочил из дома уже полностью одетый Алёшка, – Мы недолго, туда и обратно!

— Так, стоять! – Варвара еле успела схватить сына за воротник старенькой куртки, – Во- первых, ненадолго – это значит в самом деле ненадолго, не до вечера, не когда уже стемнеет! А туда, и обратно! Иначе я всё брошу, вас найду и выпорю обоих! Понятно?

— Поняаатно, – протянули мальчишки, а сами только и поглядывали на калитку со двора.

Варя затопила баню, натаскала в баки воды, начала прибираться в предбаннике, а сама всё раздумывала над тем, где же ей поискать работу… Всё труднее становилось стоять у дороги, ноги мёрзли даже в двух шерстяных носках и валенках, всё чаще вечером она не могла уснуть от того, что ноги ломит и выворачивает.

Однако, перспективы были не ахти – комбикормовый завод загибался, работал только один цех, в Шабалино поговаривали, что завод продают в частные руки, и что с ним будет дальше никто не знал. Колхоз тоже переживал не лучшие времена, но Варя всё же решила сходить к председателю и поговорить, вдруг всё же что-то найдется… Чтобы можно было хотя бы не весь день торчать на улице.

А вот Лида была полностью довольна своим занятием. Она почти не мёрзла, в отличие от Вари, щёки её горели румянцем. Хотя Варя подозревала, что всё это от того, что Андрей, водитель из городской бригады, заглядывает к ним всё чаще и чаще, а сама Лида уже с утра начинала поглядывать на шоссе в сторону города, откуда должен показаться КамАЗ Андрея…

Стукнула калитка, отвлекла Варю от мыслей, и она услышала голос Алёшки:

— Мам, я пришел!

Лёшкины шаги быстро простучали по крылечку, стукнула входная дверь, и Варя подумала, что время уже обеденное, надо покормить сына, а там уже и баня подоспеет. Ей самой не терпелось поскорее отогреть постоянно ноющие ноги, запарить пихтовый веник, надышаться горячим банным духом.

Отряхнув с валенок снег, Варя вошла в дом. Алёшка уже разделся, даже аккуратно развесил сушиться свои штаны, поставил к печи валенки, а сам возился где-то в глубине комнаты.