Книга Замерзшая душа, страница 56 – Алёна Берндт

Притихший Алёшка тоже, по-видимому, устал гостить, и сидел в машине, привалившись к матери и разглядывая проносящиеся мимо посёлки и заснеженные поля. Оказавшись наконец дома, Варя улыбнулась – печь была с самого утра протоплена заботливой Лидой, в доме было тепло и уютно, на окне сидел и умывал свои шикарные усы Барсик…

— Ой, мам, я по Барсику так скучал! – воскликнул счастливый оказаться дома Алёшка.

Сели обедать, проголодавшись за долгую дорогу, и Варя увидела через окно, как во двор влетела Лида. Да так, что за нею снег вился высокими клубами.

— Варюш, вы вернулись! Ну, Слава Богу! Ох, я с недобрыми вестями к тебе! – Лида была напугана и у Вари внутри всё оборвалось.

Оглянувшись на Алёшку, орудующего ложкой над тарелкой супа, Лида отвела Варю в сторону и зашептала:

— Варька, там такое случилось! Машка Лыкова мужа убила! И дочку старшую сильно поранила!

Варвара опустилась на старенькую скамейку, стоявшую возле порога, и закрыла глаза. Сердце прыгало в груди, билось так сильно, что было больно. Лида присела с нею рядом и стащила с растрепанной головы свою вязаную шапку. Так и сидели обе, молча глядя в пустоту, пока не подошёл к ним Алёшка, детской своей чуткой и чистой душой уловивший витающее в воздухе горе.

— Мамочка… мам, что там? – мальчик обнял мать, прижался к ней и смотрел снизу в побелевшее её лицо.

— Ничего, сынок, ничего…, – едва перевела дух Варя, слова давались с трудом и гулким эхом отдавались в голове, – Устала я с дороги. Ты пойди, в комнате поиграй, а мы с тётей Лидой чаю попьем, хорошо? Хочешь, возьми мармелад.

Алёшка обрадовался, достал из буфета вазочку с разноцветными кубиками мармелада, и убежал в комнату разбирать надаренные ему Надей и Игорем подарки. Тяжкое молчание повисло за столом, Варя смотрела в окно, а Лида разглаживала ладонью складочки на своей кофте.

— Что же, врачи не досмотрели, что она опасна, – Лида покачала головой.

— Опасна… – тихо повторила Варя и прижала к горлу руки.

— Соседка их сказала, ничего не слышала вообще, тишина у Лыковых была. Младшая дочка у них приехала, Диана, говорит – никто её не встретил на станции, она сама добралась. В дом зашла, а там всё в крови! Сама Мария сидит в коридоре, смеется, вся в крови. Вызвали милицию, скорую. Девочка старшая, Инна, живая была, когда врачи увозили. Её отец собой прикрыл, мне бабка Галанина сказала, наверно, слышала, что милиция говорит… Ему, Семёну, всё досталось, Мария с ножом на дочку кинулась, хорошо, Семён подоспел… Своей жизнью за жизнь дочери заплатил. Ох, Варя, страшно, как страшно…

Варя услышала какой-то гул, всё плыло перед нею, странные тени мелькали перед глазами, перемежаемые зеленоватыми пятнами. Всё смешалось в голове, и Николай, лицо которого так явственно виделось и улыбалось ей, и Семён, будто стоявший неподалёку и смотревший на Варю, чуть склонив набок голову…

— Варя, Варя, ты что! – перед ней замаячило перепуганное Лидино лицо.

— Ничего. Ничего, всё хорошо, – Варя обнаружила, что почти съехала со стула на пол, и поднялась на онемевшие ноги.

— Варя, ты как? – Лида налила в стакан воды и подала подруге, – Мне бежать надо, у меня Егорка приболел, температурит. Я в аптеку пошла, за таблетками. Смотрю – возле дома Лыковых милицейские машины стоят, люди собрались. Подошла, люди и рассказали. Саму Марию увезли, то ли милиция, то ли на скорой… Ты нормально?