Книга Медвежий Яр. Часть 2, страница 28 – Алёна Берндт

— Да можно, почему нельзя, – чтобы успокоить мать, Шура улыбнулась, – Это они просто перестраховываются, я думаю. У меня на работе про Бобровку-то почти никто и не знает. Я не особенно распространяюсь о себе… Вот, может только Оксанка и знает, мы с ней еще в техникуме подружились, делились всем…

Наталья испуганно побледнела, глядя на внука и дочь… после того, как не стало Павла, она по-иному взглянула на всё, что слышала, еще работая в ларьке. И про новое для всех слово «рэкет», и про то, что теперь можно, да и модно стало пользоваться, так сказать, «правом сильного», чтобы получить желаемое…

— Шур, так может и правда… продать сервис, если так всё…складывается. И сделать так, как ребята советуют?

— Вы с Алёшкой в четверг поезжайте в Бобровку, я попрошу Сергея, чтобы вас туда отвёз, – твёрдо глянув на мать, сказала Шура, – Бабушке всё равно одной трудно, а вам там спокойнее. Да и мне тоже будет проще, я постараюсь сейчас побольше всего сделать, отработать все слабые места. Может быть потом и получится сделать так, как ты говоришь – чтобы всё работало в моё отсутствие. Я хотя бы отдохну какое-то время…. А там видно будет.

Шура всё сделала тогда, как решила. Но через две недели ей пришлось и в самом деле взять недельный перерыв в своей работе и уехать в Бобровку, только вот повод для этого был очень грустный… Елена Ивановна, бабушка Шуры, скончалась на руках у своей дочери.

Шура сидела в тихом и будто сразу как-то опустевшем бабушкином доме. Столько смертей, столько горя в последние годы она видела вокруг себя… а сколько еще не видела? Проходя по Бобровке, она встречала знакомых и соседей, принимала слова соболезнования в связи с кончиной бабушки, и из завязавшегося разговора узнавала, что чуть не каждый дом и семью в недавнем времени коснулась своими крыльями смерть… Причём, умирали не только старые люди, но и люди в цвете лет, да и совсем молодые тоже… Кто-то выпил какого-то спиртного, непонятно где сделанного, кто-то заболел и не получил своевременной помощи или лекарства, а кто-то просто не вынес тягот современной жизни и свёл с нею счёты на собственных условиях.

Вернувшись в город, она постаралась хоть как-то «отодвинуть» это всё на задний план и сосредоточиться на насущных проблемах. Скоро должен вернуться из столицы Фёдор, часть техники уже была доставлена и ждала его рук, то есть у Шуркиной фирмы должен будет начаться совсем новый формат работы!

Шура задерживалась на работе до позднего времени, дома всё равно её никто не ждал – мама и сын остались в Бобровке, куда сама она иногда выбиралась на выходные. Оксана тоже часто задерживалась, стараясь помочь своей подруге, и Шура это ценила, как и положено оформляя переработку. Вот одним таким вечером, когда уже стемнело и на улицах почти не осталось прохожих, в запертые двери офиса постучали.

— Ты кого-то ждёшь? – выглянув из кабинета, спросила Шура у сидевшей за своим столом Оксаны, но та отрицательно покачала головой, – Вот и я никого не жду, время то уже…

— Это я! Шура, ты здесь? – закричали из-за двери, и Шура узнала Настин голос.

Гулкое эхо разносило его по пустому коридору офисного здания со множеством дверей, и Шуру пробрали мурашки, что-то такое жуткое звучало в Настином голосе. Она глубоко вздохнула и отворила дверь.