Онлайн книга «Медвежий Яр. Часть 1»
|
Оказалось, что Зинаида так увлеклась созерцанием Лизы, стоявшей с Шухриным, что не заметила, как тряпку, которую она держала в руке, затянуло в станок. И спустя буквально мгновение острый резак ударил её по руке, отняв сразу два пальца. Срочно вызвали скорую, усадив пострадавшую на стул, оказывали первую помощь. Лица людей были взволнованны и бледны, и только сама Зинаида была спокойна и даже как-то горделиво поглядывала на суетившихся вокруг неё коллег. — Это первый несчастный случай в моей практике, – сказал хмуро Шухрин, – Ни разу не было в моём ведении, чтобы человек пострадал. Надо звонить, докладывать. Что же скорая так долго едет? — Лиза, побудьте с ней, я на проходную побежал, скорую встречать, – крикнул Лизе начальник цеха и выбежал на улицу. Лиза подошла к Зинаиде, присела рядом на стул и с участием посмотрела на женщину. — Ничего, ты потерпи, Зиночка! Сейчас медицина далеко ушла, восстановят, вылечат… — Чего ты болтаешь, дура! – зло отрезала Зина сквозь зубы, – Отвали! А то не поздоровится тебе! — Успокойся! Тебе сейчас это совсем не нужно, лишние нервы! – сказала Лиза, жалость куда-то разом ушла от слов пострадавшей. — Ты… да ты даже не представляешь, насколько я тебя ненавижу! Все бы пальцы на руке отдала, лишь бы ты сдохла! — За что? Зина, что я сделала тебе, за что это всё? За что ты… и Мише смерти хотела, к бабкам там каким-то ходила… За что?! — Мишу? Мише я ничего не делала! А к бабке я ходила – на тебя делала! Хотела, чтобы ты сдохла! А Мишу я любила! Это твоя вина, что он погиб! Лиза не стала слушать дальше, просто отошла от сгибающейся то ли от боли, то ли от злости Зинаиды, и ушла в кабинет, где плакала от страха и переживаний испуганная Лена. Опустившись на стул, Лиза закрыла глаза. Не хотелось видеть этот мир… Глава 10 Чуть не сняли тогда Шухрина с должности, да обошлось – только выговор объявили, за недосмотр. Начальнику цеха Агапову тоже выговор, и ответственному за безопасность труда Королёву. Да много кому попало за недосмотр, когда случилось это с Зинаидой. Приехала комиссия, комбинат долго проверяли, по Бобровке даже ходили слухи, что его вообще закроют. Ну, до этого, конечно, не дошло. А вот вопрос об открытии новой линии по проекту Шухрина отложили на неопределённое время, чему он сам очень огорчился. — А я считаю, это не справедливо! – возмущённо говорила подруге Наташа, – Мало ли что у этой Зины на уме! Ходит сейчас, инвалидность себе оформляет, еще и радуется, что теперь можно на лёгкий труд, а то и вовсе не работать! Как еще башку свою дурную никуда не сунула! Столько хороших людей из-за неё получили нагоняй! А вот, Шухрин этот, он что, с каждым работником должен за ручку ходить, чтобы никто никуда ничего не сунул?! Я считаю, что комиссия неправильно разобралась! Это Зинаиде самой надо было выговор объявить! — Она же пострадавшая, – отвечала Лиза, наблюдая, как Федюнька пытается научить Шурочку играть в кубики, а та только весело таращится на него, – Кто же ей выговор объявит. Хотя я с тобой согласна, она сама нарушила правила, там ведь даже линия проведена красной краской, за которую при работе станка заступать запрещено. А она… так увлеклась, что не заметила… — Да надо больше работать просто, а не за другими смотреть, вот что я тебе скажу. Она никогда работать не любила, в магазине от неё только и слышали, что она больше всех на фасовке устала. Не знаю, может быть я, конечно, сама злая, но я считаю, что Зина сама виновата. Нельзя так жить – одной злостью на весь мир. Да ну её! Расскажи лучше, что там Шухрин? |