Книга Медвежий Яр. Часть 1, страница 83 – Алёна Берндт

— Зачем тебе к нему? – беспокойно спросил Пётр, – Мне написать не трудно, но ты сама… поберегла бы себя, Лиза.

— Я ведь только спрошу, что в этом такого, – пожала плечами Лиза, – Что я, женщина, вообще могу? Я для себя… просто хочу знать.

— Ладно. Но ты мне должна пообещать, что не станешь делать ничего… такого, – покачал головой Пётр, – Всё это небезопасно.

— Я знаю. Сейчас всё небезопасно. Я вот тоже думаю, нужно быть готовыми себя защитить, – сказала Лиза, – Я с тобой хотела посоветоваться, что нужно, чтобы получить разрешение на ружьё?

— Ого! Ружьё?

— Ну а что такого, обращаться с ним я умею, Виталий меня научил, меня и Фёдора. Просто нужны документы. Разрешение… Я думаю, скоро наступят такие времена, что охота и рыбалка станет хорошим подспорьем в жизни. А в наших местах в лес ходить без ружья… сам знаешь.

— Ладно, давай после про это поговорим, – устало вздохнул Пётр, он еще не оправился от страшной своей травмы, как физической, так и душевной, – А что по тому рисунку лодки, который ты мне показывала? Ходила к Степашину?

— Ходила, сразу же от тебя тогда и пошла, – ответила Лиза, – Обещал передать куда следует.

— Не станут искать, – огорчённо покачал головой Пётр, – Лодку эту я не рассмотрел тогда, но рисунок твой… Дорогая лодка, нет таких у простых людей. Ну и времена настали.

Лиза не стала долго утомлять Гаврилова… На него и так было больно смотреть! Тяжело мужчине, привыкшему быть опорой своей семьи, принять свою немощь… Хоть и отшучивался Пётр, что у него осталась правая рука, и с нею он управляется не хуже, чем с двумя, но в глазах его было столько боли… Лиза понимала и его, и Любашу, которая тщательно прятала слёзы за приветливой улыбкой и весёлыми разговорами, чтобы поддержать мужа. Но сама Лиза сейчас многое отдала бы, чтобы и Виталий был жив… пусть без руки или ноги, но только жив… улыбался бы ей такой же вот улыбкой, скрывающей боль, прятал за пояс пустой рукав рубахи, но был с нею!

Но ей остались только два холмика на погосте за храмом, так и ходила она туда по узкой тропке мимо старого, почти пересохшего пруда, сначала к Мише, а потом чуть дальше, где разрасталось свежими могилами старое кладбище, к Виталию.

Субботним утром так кстати приморозило, идти по дороге было хорошо, вся грязь затвердела, и Лиза шагала до остановки. Автобус до Бобровки ходил теперь редко, и местные добирались на проходящих по шоссе, которое было километрах в трёх от села. Вот теперь и Лиза шла туда, намереваясь навестить сегодня Старокаменку.

Добравшись туда уже к обеду, Лиза нашла дом бывшего егеря и постучала в ворота. Из дома показалось немного встревоженное лицо женщины:

— Что вам нужно?

— Я от Гаврилова, к вашему мужу. Можно войти?

Женщина недовольно поджала губы, но спустилась с крыльца и пристегнула на цепь здоровенную собаку, которая, впрочем, не выказывала никакой враждебности, а просто внимательно смотрела на Лизу за забором.

— Ну, и о чём же вы хотите со мной поговорить? – прочитав переданное ему письмо от Петра, спросил Алексей Воронин, – Какую помощь вы хотите получить от меня?

— Лёша! – строго окликнула его жена, которой судя по её виду, визит Елизаветы очень не нравился, – Что им надо от нас?! У нас дети…

— Молчи! – приказал Воронин жене, и Лиза почувствовала, что от него пахнет застарелым алкоголем, глаза красные, а руки чуть подрагивают.