Книга Когда снежинки падают, страница 12 – Арина Предгорная

— Она слишком горда, чтобы не верить в успех,

Но быстро катятся дни.

Она так хочет, чтобы всё как у всех,

Но чтоб при этом не так, как они…

Элька вынырнула из песни. Её таксист сосредоточенно держался за руль и мыслями витал где-то далеко.

— Она свободна, как и была,

Она умеет говорить слово «нет».

Но всё больнее заедают дела,

И уже не шестнадцать лет…

Элька согласилась с исполнителем. Вот же ведь, откуда он всё это про неё узнал⁇ Не сдержавшись, она тихонько подпела:

— И жизнь такая упрямая,

Всё решает за неё и за них.

Дай мне руку, душа моя,

У меня хватит сил на двоих…

Голос из магнитолы раздвоился. Элька моргнула и поискала источник нового звука. Таксист подпевал вместе с ними, с автором песни и Элькой. И так естественно у него это получалось: «дай мне руку, душа моя», что Эльга едва сдержалась, чтобы не протянуть ему свою ладошку. Что за наваждение!

Песня закончилась, наваждение растаяло, но в воздухе витало какое-то неясное сожаление, словно не случившееся чудо. Девушка сердито одёрнула себя: хватит, дурында. Это просто канун Нового года, в это время всегда хочется волшебства. Это просто симпатичный парень с приятным голосом, не очень похожий на таксиста, но мало ли, какая ситуация у человека. Не всем же таксистам быть усатыми дяденьками в безразмерных кепках!

— Меня зовут Мартин, кстати, — неожиданно представился не-дяденька. — А где вам больше всего понравилось заграницей?

Через несколько минут Элька поймала себя на том, что этому Мартину действительно интересно её слушать. Он забрасывал её вопросами, смеялся, недоверчиво ухмылялся, переспрашивал, интересовался мнением девушки о том или ином курорте. И веселил ответными рассказами, и Элька смеялась тоже, разом стряхнув с себя сонливость и отголоски растаявшего усталого раздражения. Он почти не касался своей биографии, но как-то незаметно выяснилось, какой кофе он предпочитает по утрам, какую музыку слушает, какой отдых любит больше остальных. Эльга не считала себя любительницей поболтать ни о чём в такси, но сейчас получала настоящее удовольствие, забыла о времени и приближающемся грустном празднике. Мартин рассказывал легко и с потрясающим чувством юмора.

— Ну а вы, — отсмеявшись очередной его шутке, спросила Элька. — Вы будете сегодня отмечать Новый год? Или заказов много?

— Заказов нет, только вы. Подброшу вас и вернусь домой. Кстати, вы не сказали, как вас зовут, — напомнил он.

— Эльга. Да, да, родители именно так записали, — улыбнулась она, заметив, как его брови поползли в верх. — Можно просто Эля.

Зачем случайному человеку уменьшительное производное, она так и не сообразила. Само вырвалось.

— Вам подходит, — признал таксист с улыбкой. — Только ради такого имени стоило сегодня оказаться в аэропорту. Подскажите, Эльга, куда нам сейчас поворачивать?

Элька слегка удивилась, но дорогу подсказала.

— Вы плохо знаете этот район? — уточнила она.

— Каюсь, совсем не знаю, — пожал плечами Мартин.

— А давно вы работаете в такси?

— Должен вам признаться, милая девушка, я не работаю в такси. Совсем.

Элька сдавленно икнула, посмотрела на него огромными от удивления глазами, но прежде чем она успела открыть рот, Мартин, посмеиваясь, продолжил:

— Вы так очаровательно перепутали мою машину с такси, так настойчиво заняли это сиденье, что я не стал вас разубеждать.