Книга Принцип неопределенности, страница 50 – Екатерина Рыжая

— Узнала. — Это было не утверждение. Он просто озвучил данный факт и легкомысленно пожал плечами. Но в его тоскливом взгляде не было ни следа беззаботности. Мне почему-то показалось, что мы подумали в эту секунду об одном и том же. Хотя, конечно, это не так.

— Узнала. А как ты нашел меня? Ян? — В голове так и не могло уложиться, что последние недели я регулярно флиртовала с одним из самых сексуальных парней отечественного шоу-бизнеса.

— Милана. И наше пари. Как оказалось, заключая его мы говорили об одном и том же человеке. Забавно правда? — Никита горько усмехнулся и на секунду прикрыл глаза, успокаиваясь. — Я сначала подумал, что это Мила общалась со мной в чате, пока не услышал от нее историю об общей подруге детства Ульяне. Которую они называют Солнце. Знаешь, а тебе подходит. Раз мы выяснили, что я не маньяк, ты позволишь себя подвезти?

— Думаю, что с учетом того, кто твоя жена, ты точно не потащишь меня в кусты, чтобы изнасиловать. — Мой слова были намеренно грубыми и резкими. Я хотела причинить ему ту же боль, которую испытывала сейчас, когда поняла, что человек, в которого я влюбилась снова оказался женат. Он дернулся, как от удара, и беспомощно сжал кулаки, но промолчал.

Уже по мотоциклетному шлему я догадалась, что он приехал сюда не на машине. И совсем не удивилась при виде черного спортивного байка, который стоял на парковке за углом. А вот когда Никита молча протянул мне единственный шлем я потеряла дар речи. С учетом плохой погоды он с легкостью отдал мне практически основное средство защиты, прекрасно понимая, что в случае аварии он пострадает сильнее. Я назвала ему свой адрес, и он согласно кивнул головой, показывая, что знает где это. Перед тем как сесть на мотоцикл Ник расстегнул плотную куртку. На мой вопросительный взгляд он кратко ответил:

— Кожа мокрая. Твои руки буду скользить.

С этим было трудно поспорить, но от мысли, что мне придется касаться его через тонкий трикотаж водолазки, меня бросило в жар. Я завороженно смотрела на то, как он грациозно оседлал байк и приглашающе кивнул головой. Мне не удалось забраться на железного коня с такой же легкостью, но Никита терпеливо дожидался, пока я не смогу устроиться поудобнее. Мои руки робко обняли его за талию. От этого прикосновения он вздрогнул и инстинктивно напрягся под моими пальцами.

— Крепче. Поверь, я не сломаюсь. — Он посмотрел на меня через плечо. Его глаза потемнели от сдерживаемого возбуждения, которое было отражением и моих чувств. Капля дождя упала с мокрой челки на щеку и соскользнула ниже на губы. Мне остро захотелось слизать ее. Слизать каждую каплю с его идеального лица, а потом и тела. Словно прочитав мои мысли, Никита негромко выругался, а затем положив свои горячие ладони на мои руки, вынудил прижаться к себе теснее. Через легкую ткань я пальцами чувствовала рельеф его пресса и жалела, что не могу забраться под водолазку и прикоснуться к обнаженной коже.

Ник отвернулся, заводя мотор. Его сердце настолько оглушительно билось в груди, что ощущалось даже через слои одежды. Или это было мое? По крайней мере, мой пульс точно зашкаливал на критической отметке всю короткую дорогу до моего дома, хоть мне и хотелось, чтобы мы вечно ехали вдвоем сквозь дождь, давая мне возможность надышаться им на всю оставшуюся жизнь.