Книга Раскрытие клубничного кекса, страница 137 – Анастасия Боровик

— Мариша, а почему ты не пробуешь их? — спросил мужчина с лёгкой седой щетиной на щеках.

— Мне нельзя, я и так уже как бочонок, — возмутилась девушка.

— Мой любимый бочонок, люблю твои кексы, — заявил Аркаша, и его отец поперхнулся от возмущения.

— Ну так иди и ешь кексы, — запротестовал Павел Сергеевич, обращаясь к сыну.

— Вам они не нравятся, Павел Сергеевич? — спросила блондинка с расстроенным видом, и её глаза наполнились слезами.

— Бриллиантик, ну что ты, конечно, нравится! Я, смотри, как люблю, ммм, этот, кажется, банан с сыром? — Павел Сергеевич поперхнулся от неожиданности.

— Аркаша, попробуй, я ещё сделала варенье со свеклой и клубникой! Такое вкусное, невозможно оторваться! А ещё мне очень хочется творога с огурцами, а потом карамельки с перчиком, — сказала девушка и слегка погрустнела.

Широкоплечий шатен подошёл к ней и, крепко обняв, погладил по голове.

— Малышка моя, ешь, что хочешь, — произнёс он. Марина благодарно обняла его и чуть не расплакалась. — Ох уж эти гормоны, — продолжил он.

— Это не гормоны, а моя внучка! Чувствуется, что она уже взрослая и имеет характер. Сама не знает, чего хочет, но нам придётся исполнять все её капризы, — сказал Павел Сергеевич, доедая сладко-солёный кекс, который приготовила жена его сына.

У блондинки зазвонил телефон. Она подняла трубку и услышала усталый голос Виолы.

— Марина, началось! Операция «Сбежать от Максима» объявлена открытой, — произнесла Лисичка.

— Аркаша, уже всё, операция «Сбежать от Максима» началась, — отслонила Марина телефон от уха и сообщила мужу важную информацию. — Алло, Виола, мы поняли, выезжаем в роддом, мы задержим его.

Марина положила телефон, а Аркадий, покачав головой, произнес:

— Я не буду в этом участвовать, даже не просите, я вам сразу сказал.

— Аркаша, мы выезжаем, Виола рожает! — воскликнула девушка с горящими глазами.

— Марина, успокойся, а то и ты сейчас родишь, — с улыбкой пошутил широкоплечий шатен.

— Нет, нам нужно дождаться лета, у нас родится львица, — гордо заявила Марина.

— Я же говорю, моя внученька уже знает, кто она по рождению, — с любовью произнес Павел Сергеевич, нежно поглаживая живот.

— Так знает или не знает, кто она, папа, я не понял, ты уж определись? — спросил Аркадий, посмотрев на отца.

— Женщины — такие неопределенные создания, то знают, то нет, — ответил Павел Сергеевич Котт и, обращаясь к Марине, добавил: — Прошу тебя, будь осторожна с нашим золотцем, мой Бриллиантик.

— Я побежала за платьем, Павел Сергеевич, а вы пока попробуйте все кексы и скажите, какой лучше, — сказала блондинка и поспешила в комнату, чтобы надеть свое платье. Мужчина поперхнулся и с мольбой посмотрел на сына, но тот лишь улыбнулся и попятился спиной к выходу.

— Папа, ты сам видишь, мне пора в роддом, — произнес Аркадий и стремительно покинул комнату, пока его отец высказывал всё, что он о нем думает.

Они подъезжали к родильному дому. План Марины и Виолы заключался в том, чтобы отвлечь Максима и забрать его, пока рыжеволосая девушка пойдёт рожать. Дело в том, что Виола хотела родить без него, ей было совсем не нужно, чтобы он присутствовал на родах. Только Максим был другого мнения. Последние девять месяцев Максим окружал её не просто заботой, а гиперзаботой. Теперь все боялись, что он не выдержит, если Виоле будет нестерпимо больно, а он не сможет ничем помочь.