Книга (не) Моя доярушка, страница 15 – Анастасия Боровик

Встала рано утром, еще петухи не пропели, надела старое платье, повязала косынку и вышла на улицу. Свежесть, пение птиц, солнечные лучи, играющие на траве, — всё это создавало ощущение гармонии и покоя. Зашла в курятник и взяла пару яиц, приготовила яичницу с салом для себя и деда и пошла собираться полоть грядки.

Иногда поглядывала на калитку. Толик обещал прийти, но, вероятно, проспал. В такую рань не каждый легко встаёт, тем более городские. Смеюсь про себя, пока не слышу скрип калитки. Неужели пришёл?

Смотрю внимательно, сначала появляется кудрявая темная голова, а потом уже и знакомый парень в ярко-оранжевой футболке и зеленых шортах. А что это у него в руках? Да ладно, серьезно? Банка! Смеюсь, прикрывая рот ладошкой.

— Привет, — говорит Марко и протягивает мне банку. — Я тут из-под огурцов помыл.

— Спасибо. Только из-за этого пришел? Мог бы и потом.

— Так вроде вчера сказала, что за молоком могу прийти, — говорит он и снова глазки опускает вниз. Никак не пойму, что случилось с ним после того, как из клуба вышли. Ему как будто стыдно.

— Машка, что это за морковище к нам занесло? — слышу хрипящий голос деда.

— О, Марио, заморыш наш. Итальянский МАНДАрина! Ты что ль, женишок наш? — весело смеется над своей шуткой дед, отчего его усы поднимаются вверх.

— Здравствуйте, я Марко, а не Марио. Как ваши дела?

— Дела идут, контора пишет. Маш, а ты с банкой чего стоишь? — спрашивает дед.

— Марко принес, — отвечаю я.

— Помыл, — сообщает парень. Дед улыбается: — Так иди к нам в дом, там еще много немытой посуды.

Смотрю на деда строго, а ему хоть бы хны. Сейчас Марко обидится, и я волнуюсь, но, когда поворачиваю голову, вижу, что он стоит и уголки его губ поднимаются. Вчера я не обратила на него внимания, но сейчас, когда солнце освещает его лицо, я вижу, что он очень симпатичный. У него красивая улыбка. Кудри его уложены так аккуратно, не каждая девушка так сможет уложить, а у него это, видимо, от природы. Глаза карие, как шоколадка, глубоко посажены. Жилистый, высокий, но не худой, как Толик. Вспоминаю и решаюсь спросить:

— А Толик чего не пришел? Он не захворал?

— Ему немного нездоровится, как очнется, обязательно придет, — отвечает Марко.

— Ох ты ж, может, ему рассольчику моего дать?

— Да уже дали, лечится, — машет рукой Кудряшка.

— Ну хорошо, я тогда пойду дела делать, — говорю я и собираюсь идти в сторону грядок.

— Подожди, Маш, я с тобой. Помогу, — берет у меня из рук тяпку. — Показывай, где копать. Отказ не принимается. Чем быстрее мы закончим, тем скорее отправимся на речку, — сурово произносит, и у меня прямо мурашки по телу пробегают. Вот это мужик, сказал как припечатал. А куда делся улыбчивый итальянец?

Я снова хочу отказаться от помощи, но Марко уже отправился вперёд с дедом к грядкам.

— Пойдем, налью. Такое на трезвую голову не осилишь, — откашливается дед с хрипом.

— Я бы после работы, а то голова будет болеть, — парень пытается отнекиваться, а я смеюсь: от деда еще никто не уходил трезвым.

— Дед, отстань от Марко. Неудобно как-то получается, — прошу я.

— Неудобно — это когда я у Митяя перепил в одно рыло и вместо твоей бабки в кровати у соседки оказался, а все остальное — хрень собачья. Хватит баб слушать. Ну-ка, давай, пошли, я выпью, а ты рядом постоишь, — уверяет его дед, а Марко смотрит на меня, спрашивая глазами, может ли он отойти. Видимо, не хочет с моим дедом в контрах быть. Киваю ему и иду грядку полоть. Через минут пять вылетает из дома Марко, красный как рак. Дышит тяжело и волосы свои все пытается назад зачесать. Видит меня, хватает тяпку и бежит ко мне, как будто спасается от лап старого волка. Подбегает к грядке, становится на колени и быстрыми движениями неконтролируемо начинает копать.