Книга (не) Моя доярушка, страница 19 – Анастасия Боровик

Толик заходит на кухню с недовольным видом. Сейчас он может что угодно надумать. Я-то переживу, но не хотелось бы ставить Машу в неловкое положение.

— Не помешал? — спрашивает раздражённо он.

— Помешал. Мы тут пельмешками балуемся, — говорю я возбуждённо.

Ты посмотри на него, проснулся и права качает. Да ещё припёрся сюда с полевыми цветами. Причёску свою зализал, надушился, и воняет на всё помещение. Судя по запаху, ещё и моими духами. Вот воришка. Пытается скрыть свой вчерашний перепой.

Смотрит на меня обиженно, но я не чувствую себя виноватым.

Я встал рано утром, тщательно помыл банку из-под огурцов и собрался идти к Маше. Хотел пойти один, но всё же заглянул в комнату к Толику, чтобы попытаться его разбудить. Однако он лишь отмахнулся и сказал, что ему плохо и он не готов заниматься прополкой грядок. Поэтому я спокойненько пошёл к моей бомбите. И вообще, где моё спасибо, Толик? Вместо того чтобы оставить тебя молча умирать, я рассольчика на тумбочке оставил.

Слышу, доярушка подходит к худосочному и успокаивает его: «Толик, не слушай его, ты не помешал».

Друг улыбается доярушке и через её плечо смотрит на меня грозным взглядом, выпучивая глаза, и головой кивает. Мол, не стыдно тебе, Маркуша. Я тоже ему киваю и скалюсь, показывая всем видом, что это не твоё дело.

— Это тебе, они такие же красивые и прекрасные, как ты, — заявляет Толик.

Да уж, дружище, ты просто король комплиментов. Оригинальность и креатив на полную мощность.

— Спасибо большое! — радуется Маша.

Мой папа был неправ насчёт мытой посуды и вина. Женщинам нужно цветы дарить. Девушка берёт букетик полевых цветочков и нюхает их.

На кухню заходит дед и спрашивает:

— Что у вас тут? Одеколон пролился?

Рассматривает Толика и Машу с цветами и выдаёт: — Так вот женишок пришёл, с цветами, поди, какой. Ну что, давай знакомиться, Николай.

Пожимает руку другу и идёт к буфету, достаёт оттуда самогон и две рюмки.

— Похмеляться будешь, Толик?

У друга расширились глаза, а я всей своей гнилой душонкой торжествую и мысленно потираю руки. Готовься, Толян! Чтобы пройти в обитель Машиных даров, нужно пройти через самогонного стража. И, судя по тому, сколько дед пьет, обратно ты, мой друг, будешь ползти.

Дед открыл шкафчик и достал железную кружку. Подошел ко мне и поставил её передо мной. Это что?

— Марио, тебе повезло, ты будешь пить из железной. Рюмок больше нет.

— Я Марко, — произнес я, но дед только махнул рукой.

Смотрю на маленькие рюмочки и сравниваю их со здоровой железной банкой, которую дед именует кружкой, и понял, сегодня мне не выжить. Толик мерзко скалится, а я с мольбой смотрю на доярушку. Бросит она меня сейчас или спасет?

Маша тихо вздыхает и куда-то уходит. Марко, тебя кинули-и! Ужас в моих глазах легко читался. Дед сел рядом со мной и жалостливо посмотрел на меня, решил поддержать, сказав:

— Сейчас огурец соленый достану, легче пойдет.

Я побледнел. Тут забежала моя пышечка и поставила передо мной маленькую рюмочку, а кружку убрала. Я вздохнул с облегчением, а Маша проговорила:

— Давайте быстрее пейте, а то пельмени доделывать надо.

Мы взяли рюмки и залпом выпили их.

— Хорошо пошла! Брр... Сам делал, — восторгаясь, закружил головой дед, засовывая огурец в рот. Сок потек по его усам, спускаясь к подбородку.