Книга На изломе чувств, страница 17 – Наталья Юнина

— Я как раз снял деньги, так что я уже близкий родственник.

— Давайте отойдем в сторону, - жестом руки мужик показывает куда идти, облокачивается на обшарпанную стену и начинает что-то очень долго рассказывать. Я же абсолютно не вникаю, потому что банально не понимаю о чем он пытается мне сказать.

— А теперь без обид, доктор, и по-человечески для тех, кто ничего не понимает в ваших терминах. Она жить будет?

— Если по простому- ее зашили, стало быть и кровотечение остановили. Крови потеряла прилично, но организм молодой, так что быстро восстановится. Вы как, и дальше собираетесь ей помогать?

— Да, - почему-то не задумываясь, ответил я.

— Тогда я вам напишу список лекарств, она так быстрее восстановится. У нас их правда нет, даже если бы вы мне миллион заплатили. Более того, вам нужно в город покрупнее, там точно должно быть.

— Хорошо. А кроме лекарств может еще что-то?

— Я вам дам список, а вы сами решайте. Зайти к ней и передать можно только через пару дней.

— Ладно. Только можно ваш номер телефона?

— Записывайте.

Мужик диктует свой номер и начинает писать что-то на бумажке. А потом очередная процедура передачи денег.

— У меня к вам просьба, я понимаю, что условия в больнице от вас не зависят, но можно как-то из худших палат отдать ей лучшую?

— Постараемся. А все же, она вам кто?

— Случайная знакомая.

— О случайных так не пекутся. Ладно, мне пора, да и вам тем более.

Еду домой с каким-то облегчением, уже не злой, но жутко голодный. Мать встретила как будто сто лет не виделись. В очередной раз все разогрела, и мы наконец всем семейством сели за стол, шутка ли, но у бати прошла изжога, отсюда и накатили мы по полной, не смотря на нравоучения мамы. Она же, выпив пару рюмок, через час и вовсе ушла спать, оставив нас с отцом наедине. Наболтались вдоволь и про девчонку ему рассказал. Выпили в итоге прилично, благо ни сушняк, ни изжога, никого не беспокоили.

* * *

Не смотря на выпитое, проснулись с отцом рано. За домашними хлопотами, сам не заметил, как пролетел день. Телефон же весь день молчал, ни Марк, ни врач, и даже Вика не звонили, обиделась значит, ну и хрен с ней. На следующий день, с утра пораньше, отправился в ближайший город. Пока объездил аптеки, думал свихнусь, но все же нашел то, что надо. Вовремя сообразил заехать в магазин и купить ей еды. Я много раз за прошедший день все прокручивал в памяти, и если внешность ее досконально не помню, то с уверенностью могу сказать, что она была очень худенькой. А еще эти разбросанные апельсины рядом с пакетом. Это уже потом с ментами мы заглянули внутрь. Мне почему-то стало так тошно от увиденного – какая-то дешевая вареная колбаса и буханка хлеба. Жуть как стало ее жалко и за себя стыдно, что у меня есть, а у других нет. Никогда никого не жалел, руки и ноги есть-иди работай. А ее стало жаль, ведь судя по протянутой карте и словам-работала. Но в селе хоть голову расшиби- все равно копейку получишь. Господи, да откуда во мне это все проснулось, забить бы на все и жить спокойно, нет же, придумываю проблем на свою задницу.

Глава 7

Захожу в палату, девчонка же задумчиво на меня уставилась и вновь водит пальцами по губам. Помаду ей что ли купить, жуть какие губы сухие, такое ощущение, что сейчас треснут. Присаживаюсь обратно на стул и так же, как и она меня, начинаю ее разглядывать. Кто-то из нас должен быть более адекватным, по всей вероятности, этим человеком должен быть я, но почему-то не могу найти слов, чтобы спросить интересующие меня вещи.