Книга Осторожно! Маша!, страница 60 – Наталья Юнина

Выхожу из универа, издалека вижу мою машину, ну не мою конечно, но это только пока. Поправляю волосы, чтобы сделать их чуть пышнее и как можно более уверенной походкой отправляюсь к машине.

* * *

Не могу понять, когда все пошло не так. Когда, черт возьми, мы поменялись ролями? Теперь я жду встречи с Машей и караулю ее около университета. Эта маленькая поганка, видимо почувствовав свою власть, даже научилась меня игнорить. Наверняка, начиталась советов из бабских журналов и ведь, сука такая, они действуют. Я, конечно, стараюсь не подать вида, что меня это задевает и лицо по-прежнему кирпичом, только чувствую, у меня это плохо выходит. Кажется, я реально влип в это болото. Черт, мне даже в мыслях сложно произнести это. Влюбился в какую-то соплю. Пи*дец, приплыли. И эти бестолковые цветы на заднем сиденье автомобиля еще больше бесят. На кой хрен я их купил?

Вижу, как Маша идет к остановке, даже не звонит мне, знает паршивка, что я ее жду. Видит мою машину и тут же направляется ко мне. Издалека вижу - опять в коротком платье. Ну что за девушка такая, неужели не понимает, что я итак держусь из последних сил? Садится в машину и опять эта чертова повязка! Ну все, последний раз мои глаза видят это.

— Привет, - сама тянется к моей щеке своими ледяными губами.

— Как дела?

— Отлично, - улыбка до ушей.

— И что такого хорошего случилось?

— А у нас сегодня праздник.

— Какой?

— Ровно месяц назад мы начали официально встречаться.

— Боже мой, время летит.

— Сашенька, ну может хватит притворяться?

— Ты о чем?

— О том, что ты давно уже пал к моим ногам, может еще не любишь, но влюблен точно.

— Это говорит психолог Мария Сергеевна?

— Это говорю я. Прекрати сопротивляться и прими это как данность.

— Я постараюсь.

— А чего цветочки мне не даришь? Я их сразу увидела. Герберы - мои любимые. Вот ты даже запомнил какие мне нравятся, а сейчас будешь выделываться, что случайно купил или у кого-нибудь отобрал или еще какую-нибудь чушь нести.

— Не буду, я купил их для тебя.

— Ну наконец-то. Куда поедем?

— Давай в кафе, а потом ко мне.

— Давай.

Действительно, чего выделываться, когда итак все ясно. Попал так попал.

— Я могла бы это приготовить у тебя дома.

— А я не хочу тратить на это время.

— То есть мы займемся чем-то интересным у тебя дома? – Маша тут же прекращает есть.

— Конечно, займемся.

— Тогда я больше не хочу есть. Домой?

— Нет. Я хочу есть. И сначала ты дорисуешь нормальный портрет, а потом уже займемся чем-нибудь интересным.

— Мне кажется ты даже не шутишь. А я пушап не надела, вот же гадство, - смеюсь, не в силах терпеть. Вот же святая простота.

— Не расстраивайся, Машуня. Для этих дел он не нужен.

— Но в нем грудь выглядит больше. А судя по всему, тебе она итак не нравится.

— С чего ты взяла?

— С того, что за месяц ты даже ни разу ее не видел, про пожамкать я вообще молчу.

— Маш, ты действительно не понимаешь или прикалываешься?

— Что не понимаю? У меня из-за тебя скоро комплексы разовьются, вот что.

— Я не мазохист, Маша. Закрыли тему.

— А чего ее закрывать? Мне может секса хочется, у меня вон его как давно не было.

— Ну да. Семнадцать лет и почти одиннадцать месяцев, это большой срок без секса.

— Ну и гад же ты.

— Хватит мне заливать про свою богатую сексуальную жизнь. Знаешь, Маш, ты даже не осознаешь, что секса ты и не хочешь, ты даже не знаешь, что это такое. И пройдет не один раз, чтобы ты испытала хоть толику того, ради чего им собственно и занимаются.