Книга Проиграем?, страница 43 – Наталья Юнина

— Гибкость… А что будет дальше? Если он придет в себя. Куда вы отвезли моего отчима?

— Ооо… чувствую раскрылась моя сахасрара.

— Рада за вашу срару.

— Леша жив, здоров, значит все закончилось нормально. Хотя, нет, если ты меня спрашиваешь об этом, то нехорошо.

— Вы ответите на мой вопрос? В какой он клинике?

— Это не имеет смысла, Женя, – совершенно другим тоном произносит он, при этом веселье во взгляде испарилось. – Тебе туда не надо ходить. Знаешь, в чем-то Леша прав. Теперь ты будешь себя накручивать о неизвестном будущем еще больше. Не стоит. Когда он придет в себя, точнее, если придет, никому и ничего о случившемся он не скажет. Я даю тебе гарантию на сто процентов. И к тебе он тоже не подойдет.

— Это как?

— А это уже женщину не должно касаться. Твоя задача – просто забыть по возможности о том, что случилось и решать проблемы по мере их поступления. Ну и свечки за упокой все же не ставить.

— Кто вы такой?

— А что тебе обо мне сказал Леша?

— Важный дядька.

— Ну пусть будет так. А вообще я… газосварщик. И экстрасенс первого уровня.

— Ну да.

— Нет, правда, – хватает меня за руку, как только я пытаюсь встать с места. – Я реально был в юности газосварщиком. Батя учил. Теперь я просто бизнесмен, – отпускает мою руку, как только я возвращаю свою пятую точку на стул. – И хороший человек. Вот те крест даю. Очень хороший.

— Понятно.

— И Леша хороший. Ну реально. Как бы тебе сказать, чтобы и Лешику не подосрать, и себе заодно. Ну короче, он прям очень хороший, но как и все бывает лажает.

— Вы оба хорошие, я поняла, – киваю, подыгрывая мужчине.

— Ну если так есть, – пожимает плечами. – Что поделать?

— Да ничего не поделать. Вы очень хорошая пара.

— Мой тебе совет на будущее – никогда не намекай даже самому доброму и хорошему мужику о его возможных педиковатых наклонностях. Можешь отхватить пиздюлей, если он натурал. Хорошо, если только их. Ой, прости, пожалуйста, люлей, конечно. Люлей.

— Спасибо за совет. Я сказала глупость, извините. Иногда со мной это бывает. Я, пожалуй, пойду.

— Да стой ты, – вновь хватает меня за руку, как только я подхожу к двери. – Я понимаю, что ты сейчас обижена на Лешу и вообще все не так, как хотелось бы, но мы ведь все неидеальны. Леша он…

— Хорош…

— Прекрати, – обрывает меня на полуслове. – Ни один мужик не стал бы впрягаться и делать то, что сделал для тебя он. Обычный бы вызвал ментов и на этом все. Да, дальше он ступил, но с кем не бывает?

— А вы хорошо знаете своего друга?

— Очень хорошо. Гораздо лучше, чем ты. Возможно, скажу странную вещь, но не всегда тот, кто старше должен рулить. Черт… это оказалось сложнее, чем можно было представить, – взъерошивает волосы, шумно вдыхая. – Ну вот ты… ты же тоже не шибко доверяешь мужчинам, да?

— И?

— Вот и Леша тоже. В смысле женщинам. И у него, правда, есть повод их не любить. В смысле не доверять и не подпускать. И говнится он, в смысле показывает свое, наверное, не самое лучшее отношение, исключительно потому что ему так проще. Это что-то типа защитной реакции.

— Вы еще и психолог?

— Пока таких брошюр в туалете не попадалось. Ну это же очевидно, Жень. Это будет нечестно по отношению к Леше, что-то говорить о нем за спиной. Давай на этом остановимся.

— Ну уж нет.

— Что нет?

— Раз сказали «А», говорите и «Б».