Книга Пропала, или Как влюбить в себя жену, страница 159 – Наталья Юнина

— Ну было бы странно, если бы он справился. Как она… он оказался на ее ноге? - осматриваю бабушкину ногу, которая, кажется, в реале начала отекать.

— Вера предположила, что я ошиблась и это не вантуз, а носки для отшелушивания огрубевшей кожи ног, ну и решила его надеть.

— Охренеть! - хватаю ножницы и жидкое мыло с раковины, сажусь на стул и приподнимаю бабушкину ногу на свои колени. - Сейчас мы ее вытащим, не паникуй.

Наливаю жидкое мыло на край и аккуратно, насколько позволяет ее нога, разрезаю край. Дальше с помощью мыла все пошло значительно легче. И только стянув эту хрень с ноги, до меня дошло, что сейчас произошло.

— Глебушка, что бы мы без тебя делали. Ой, Господи. Я думала лишусь ноги.

— Пипец, - шумно выдыхает Соня.

— Так что это в итоге, Глебушка? Не носок? - интересуется бабушка.

— Это эковантуз, просто его не доработали. Это брак.

— Фух, - облегченно выдыхает. - Пойду умоюсь. Заодно и ногу от мыла помою.

— Давай, бабушка, - киваю, переводя взгляд на Соню, та в свою очередь рассматривает изувеченный «вантуз».

— Очень странная штука. Мне кажется, ты врешь. Это не вантуз.

— А что?

— Даже не знаю. А все-таки что?

— Это искусственная п… киска.

— В смысле киска? - озадаченно спрашивает Соня.

— В прямом. Та самая, о которой мечтал твой Сосий, а не та, которую подсунула твоя героиня. Только не влажная. Хотя… она стала влажной, после мыла.

Соня непонимающе смотрит то на меня, то на «вантуз», и так повторяется несколько раз, пока она не выпучивает на меня глаза.

— Это пиз… это… откуда?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Оттуда, откуда у тебя член. Мне ее Анжела подарила на нашу свадьбу. Чтобы я не пользовался услугами проституток, а удовлетворял свои физиологические потребности вот с этой особой. Опережая твой вопрос, я ей не пользовался.

— Пипец. Я надеюсь, что Вера не поймет для чего эта пиз…анская башня. Сначала у меня член нашла, теперь у тебя искусственная вагина. Ну и семейка, - вместо ожидаемой обвинительной речи, Соня смеется так, что начинает похрюкивать.

— Семья, шагающая в ногу со временем.

— Ну да, это не ковры на стену вешать, - задумчиво бросает Соня, рассматривая искалеченный «вантуз».

— Выбрось ее на хрен, - отбираю «игрушку» из ее рук и выбрасываю в мусорную корзину. - Бабушке ни слова.

— Ну да, только я останусь в ее глазах извращенкой с членом в комоде, а внучок без кисуленьки. Ой не могу… Вере могли отрезать ногу из-за этой хрени. Пипец.

— Все, забыли, Соня. Давай накрывать на стол.

— Ага, - кивает в ответ, пытаясь сдержать смех. Секунда и мы оба замираем, когда слышится четкий и громкий лай. Ну маленькая свинота!

— О, Гена уже просит еды, - пытаюсь найти хоть какое-то объяснение.

— Гена вообще-то тут, - указывает взглядом под стол. Ну твою мать!

— Значит бабушка включила телевизор.

— Вера в ванной. Ты слышишь это?

— Нет.

— В смысле?

— Уже ничего не слышу. Ой, ладно. Все у нас через одно место. Сиди тут, - строго произношу я, направляясь к выходу.

За считанные секунды преодолеваю подъем на лестницу и захожу в гостевую.

— Лучше бы написала. Пойдем к мамочке, - укладываю щенка в подарочную коробку и иду вниз. Хоть и понимаю, что никакого смысла в коробке больше нет, но так смотрится интереснее.

— Я хотел подарить ее чуть позже, но раз так вышло.