Книга Пропала, или Как влюбить в себя жену, страница 166 – Наталья Юнина

Ему же плохо от этого. Наверняка, после всех моих разговорах о детях, он уверен в том, что без них он мне не нужен. В принципе, на его месте я бы подумала точно так же. Я ведь даже на его последний вопрос смолчала. Сколько раз мне говорила Вера о том, что мужчины куда более обидчивы, чем женщины и гораздо острее воспринимают поражения, просто те еще молчуны. А уж я-то знаю, как страшно вариться в том, о чем боишься сказать вслух.

Вот так, за какие-то двадцать минут, вместо предполагаемой обиды и красочного наезда на Бестужева за то, что он бросил меня, не сказав ни слова, я совершенно поменяла ход своих мыслей.

На удивление, моих извилин хватило и на то, чтобы вспомнить, что перед побегом Бестужеву позвонили. А ларчик просто открывался – всего лишь открыть входящие и перезвонить абоненту. Вот только ларчик все же не открылся. Просто потому что входящий «Михаил» не поднял трубку ни на один из моих пятнадцати звонков. И вот тут логика и разум помахали мне рукой, уступив место панике. Стакан из-под виски пустой. Пусть там было налито всего ничего, но ведь этого может хватить для того, чтобы потерять концентрацию внимания. Даже если у него что-то случилось на работе, и он помчался туда, какова вероятность того, что Глеб тупо не доехал?

Я даже не помню, когда в последний раз лила слезы и вот на тебе – они сами текут по щекам. Неконтролируемо. От безысходности. А все потому что я так и вижу ненавистную красочную картину того, как машина Глеба встретилась лоб в лоб с каким-нибудь деревом. Первое, что пришло в голову после того, как уже нечем стало дышать от сопливого носа – просто поехать к нему в отель. Вопрос только в какой. И только чуть позже до меня дошло, что сначала надо позвонить тому, кто уж точно в курсе событий.

— Да, дорогой. Ты уже по мне соскучился? - веселым голосом произнесла Анжела. Веселый – это же хорошо?

— Это дорогая. А дорогой по тебе никогда и не скучает.

— Ой, София, это ты. Не к добру это, слышать бабский голос с утра пораньше.

— Какое к черту утро? Сейчас шесть вечера.

— Эээ… Саша, вставай, проспали! - орет она, отодвинув от себя трубку.

— Анжела, вернись сюда.

— Да я тут. В смысле не тут.

— А где ты?

— В Доминикане. У нас полдень. Спасибо, что разбудила, у нас обед в полпервого, а пропустить никак нельзя. За все же уплачено.

— Ты издеваешься?!

— В смысле?

Прорвало. Реально прорвало. Сопли, крики, слезы. Но, видимо, это возымело должный эффект.

— Заткнись, пожалуйста. Михаил – это руководитель стройки на нашем новом объекте. Я сейчас позвоню ему на другой номер и узнаю, что там случилось. Скорее всего Глеб там. Жив и здоров, но просто занят. Не разводи панику. Все, я тебе перезвоню.

— Спасибо.

Кладу трубку и начинаю гипнотизировать взглядом экран мобильника. На пятой минуте раздается звонок.

— Да, - как можно спокойнее произношу я, сильно сжимая руку в кулак. Сама не знаю для чего.

— Сонь, это я, - ну хоть как минимум живой! - Извини, некогда было предупредить и позвонить. У нас ЧП на новом объекте. Непонятно пока – поджог, случайность или наши налажали. В общем, это надолго. Ты ложись спать, не волнуйся.

— В смысле спать? Я тебя подожду. Мне надо с тобой поговорить.

— Завтра поговорим.

— Нет, не завтра, хочу сегодня, даже если это будет в три часа ночи. Очень многое хотелось бы обсудить. Например, камеры по всему дому, - вот уж меньше всего я думаю о камерах. Но совершенно безэмоциональный голос Бестужева в совокупности с «завтра поговорим» просто выводит меня из себя. Тогда как я вся на нервах – он спокоен!