Книга Пропала, или Как влюбить в себя жену, страница 40 – Наталья Юнина

Людей здесь оказалось немного, но все настолько облагорожено, что вопрос о том дикий ли это пляж, отпал сам собой. Никак не ожидала, что как только Глеб устроит меня на шезлонге, примется складывать мангал. Он не только сгонял мне за чебуреками не пойми куда, он еще и шашлык из морепродуктов привез.

— Ну все, остальное ерунда. Минут пятнадцать и все будет готово, - констатирует Бестужев, положив весь шашлык на решетку.

— Глеб?

— Что? - усаживается около меня на надувное кресло и протягивает мне стаканчик с соком.

— А когда у тебя день рождения?

— Двадцать первого ноября.

— А блюдо? В смысле какое любимое?

— Я всеяден. Ну кроме рисовой каши, - усмехается, отпивая напиток.

— Ну что-то же есть любимое.

— Ну… картофельное пюре с жареным мясом, - о, не так уж и сложно. Наверное…

Наш разговор до еды и непосредственно за ней был настолько непринужденным и легким, что казалось я – это вовсе не я, да и Бестужев был мало похож на привычного себя. Слишком все легко, что невольно ищешь во всем подвох.

— Ну что, еще по гребешку? - встав с кресла, предлагает Глеб.

— Один на половину, - соглашаюсь я, подливая сок в стакан.

Я пропустила момент, когда к нам подошла девка в полосатом купальнике. Точнее не к нам, а к Глебу. Нет у меня никакой ревности и быть не может, но почему-то ее просьба помочь ей открыть бутылку шампанского – вывела меня из себя. Точнее не просьба, а то, что Бестужев смотрит на ее грудь. Явно силиконовую. Это просто шары какие-то. Неужели это красиво в его глазах? Давай, оближись еще на нее и пусти слюну. Хлопок и бутылка открыта. Казалось бы, получила свое шампанское, так пошла вон отсюда. Хлебай его в стороне. Так нет же, добрый самаритянин Бестужев решил накормить заблудшую душу морскими гребешками. Просто офигеть и не встать.

Не знаю, как сдержалась и вместо колких слов – улыбнулась, как только он сел на кресло рядом со мной и протянул мне шпажку с морским гребешком. А вот как моя рука качнулась при этом в его сторону – знаю. Специально она качнулась, вылив ему сок на причиндальную область. Ну и ходи теперь «обоссанный» яблочным соком. Мачо-срачо.

— Блин, прости, пожалуйста. Ну я и растяпа, - демонстративно хватаюсь за лоб.

— Да ничего страшного, - усмехается Бестужев. - Уже темнеет – и ничего не видно. Тем более сейчас пойдем купаться. Доедай, Сонька – золотые ручки.

Вот доесть под пристальным взглядом Глеба – было сложно. Я уверена, что сыграла натурально, так какого лешего так на меня смотреть?

— Ну что, теперь пошли купаться. Так уж и быть не голышом.

Бестужев в считанные секунды снимает с себя одежду. Я вслед за ним, правда, значительно медленнее стягиваю платье, при этом сама осознаю, что кошусь на его трусы.

— Только давай наденем на твой мизинец вот эту штуковину, - натягивает мне на пораненный палец напальчник. - Ну, все. Пошли на ручки, Соня. Чур не тонуть.

Глава 14

— Мне здесь нравится, - первой нарушаю молчание и закрываю глаза.

То, как на меня смотрит Глеб – становится в какой-то степени невыносимым. Как будто кто-то обливает тебя кипятком. И становится жарко. Хотя вода – совершенно точно прохладная. При этом он вроде бы ничего не делает. Просто медленно кружит меня на воде.

— Мне тоже, - чуть хрипло произносит он, перебирая одной рукой мои распущенные волосы. Это моя большая оплошность. Мне хоть и приятно, но теперь они мокрые. - Но на этом купальный сезон закрыт. Правда, можно съездить зимой на море. Я буду посвободнее, да и ты, думаю, уже будешь к этому времени более самостоятельной.