Книга Удиви меня, страница 99 – Наталья Юнина

— Мы налаживаем телесный контакт. Тем более, на мне сидеть чище, чем на всяких там грязных диванах. Я забочусь о чистоте твоих оголенных безколготочных ног, между прочим. Кстати, какого хрена ты всегда в юбках?

— Это сарафан.

— Да какая разница, ноги всегда голые. Странно это. Ты же не можешь не понимать, что этим привлекаешь внимание мужчин. А если ты у нас против секса и отношений, зачем провоцируешь?

— То есть мне еще и платья нельзя надевать, только потому что у кого-то на меня может встать? Нет уж, увольте. Что хочу, то и надеваю. И я не против секса. Каждый волен делать то, что хочет. Просто не надо мне указывать на то, как жить и что надевать.

— А я и не указываю. Более того, мне это нравится, — переводит взгляд на мои ноги. — Люблю женские ножки. А тут к ним прям двенадцатичасовой доступ, — и в подтверждении своих слов, Алмазов кладет руку мне на коленку. Легонько ее сжимает и начинает медленно двигаться вверх.

— Это перебор, — сжимаю его руку. — Я могу укусить тебя за эту самую руку. Оно вам надо, Сергей Александрович?

— Никак нет, Полина Сергеевна. И все же, почему так много платьев?

— Чтобы ноги проветривались, — произношу первое, что приходит на ум. — Вентиляция очень важна, чтобы ничего не вспотело. Ладно, я шучу. Если честно, — делаю паузу, сама не понимая зачем вообще с ним об этом говорю. — Почти все платья и юбки я покупала, потому что этого хотела моя мама. И не могу сказать, что я их часто носила раньше. Ну бывало иногда. А вот последние дни надеваю только их, благо, этого добра много. Почему-то хочется, — сказала и только спустя несколько секунд осознала, как это звучит. Последние дни?! Я действительно сказала это вслух?! — Я имела в виду, что сейчас жарко, поэтому надеваю платья. Когда у нас еще будет такое лето.

— Прошлое тоже на удивление было теплым. Да ладно, Полин, это же здорово, что платья оказывается для меня. Подсознание — оно такое.

— А в жопу вас, Сергей Александрович, можно посылать? Раз на хрен нельзя?

— Конечно же, нет, — усмехается Алмазов. — Полин?

— Что?

— Не надо на мне ерзать. Просто посиди. Почувствуй этот момент.

Ну ерзать я действительно перестала, хотя я бы не сказала, что делала это до его слов. Или просто не замечала, что более вероятно. А вот какой момент я должна чувствовать, я так и не поняла. Сидеть среди кучи людей на коленях у мужчины — все равно так себе дело. Если быть откровенной — бессмысленное занятие. Чего он этим добивается я так и не поняла. Да и вообще, как я докатилась до такой жизни. Вот этого я действительно так и не поняла. Правда через несколько мгновений я в принципе забыла о том, где сижу и зачем это делаю. Все мое внимание было сконцентрировано на том, как Алмазов провожает взглядом жопастую девку. Это вообще что такое?!

— А что это сейчас было?

— Что?

— Ты провожал взглядом при мне, то есть при потенциальной любовнице, жопастую девку?

— Я бы сказал сисястую, ну и чуть жопастую.

— Серьезно? Вот так просто об этом говорить вслух?

— А что тут такого? Ну посмотрел я на ее грудь и попу. Что не так?

— Это ненормально, вот что. Попахивает где-то рядом бабником. Где же он? Точно, я на нем сижу. Дайте, пожалуйста, мне встать, Сергей Александрович.

— Нет. Встанешь перед сеансом. Вот возьмем твоего папу. Он тоже смотрит на других женщин. Ты тоже считаешь его бабником?