Книга Танк Таранович, или Влюблен на всю голову, страница 41 – Наталья Юнина

— Да, да, очень взрослая. На словах. Помним, знаем. На деле все через одно место. Слава — очень даже приличный мужик. Уж поверь моему вкусу.

— Во-вторых, переживаешь о детях ты и бабушка. А мне однохуйственно на ваши переживания.

— Ты совсем, что ли, обалдела?! — вскрикивает мама, от чего я получаю какое-то ненормальное наслаждение. Ну вот один-один, получай фашистка гранату. — По губам давно не получала?

— Давно. Прям скучаю по детству. Приезжай ко мне и надавай люлей, — как в замедленной съемке смотрю за тем, как Соболев садится рядом со мной на скамейку и протягивает шоколадку. — Аппарат выключен или находится вне зоны действия сети. Пи, пи, пи, — кладу трубку и тут же забираю предложенную Петей вкусняшку.

— Спасибо, — откусываю шоколад и перевожу взгляд на Соболева. — Что?

— Ты материшься. Это… неожиданно.

— А ты подслушиваешь.

— Конечно, — как ни в чем не бывало произносит он. — Было интересно. И даже познавательно.

А когда я увидела на экране мобильника Соболева имя «Медвежонок», интересно уже стало мне. И такая злость меня захватила в этом момент, что я, не раздумывая, выхватила у него телефон.

— О, мне тоже интересно, кто там у нас медвежонок и в курсе ли он, а точнее она, что хоречек подкатывает к другой бабе?

— В курсе, — спокойно произносит он, улыбаясь уголком губ.

— Тогда на громкую связь, Петр Васильевич. Ну если, конечно, не боишься.

— Да, пожалуйста, — нажимает на кнопку.

— Петр Васильевич, что за дела? Ребята сказали, что вы полуголый куда-то умчались с бульдозером. Что опять стряслось? — что угодно ожидала, но точно не мужской голос.

— Все нормально, Миша. Так, небольшое недоразумение.

— Вы целы?

— Я — да, нос немного кровит. Об дверь стукнулся, а так все путем.

— Дверь вас ударила рукой или ногой?

— Рукой.

— Что еще она сделала?

— Ничего, Мишаня, все путем, не переживай.

— Что хотите на ужин?

— Болоньезе. Пока, Миш.

— У меня сейчас ощущение, что все-таки голову тебе повредили, — не выдерживаю я, как только Соболев кладет трубку. — Болоньезе в твоей избушке, еще и на ночь?

— Все нормуль, не забивай голову. Смотри, ты получается меня уже ревнуешь. Ну не прелесть ли?

— Это кто вообще был? Только правду.

— Мой помощник.

— И в чем он тебе помогает?

— Раскрывает сахасрару и другие виды срары. Бельчонок, наша очередь, — тут же приподнимается со скамейки и помогает мне встать.

— Надрать бы тебе эту сахасрару, Петя.

Ну, наконец-то кое-кто мною интересуется! Так и чувствую на себе взгляд Василисы. Спокойствие, главное себя не выдавать. Однако, игривый пацан во мне так и хочет прямо за рулем исполнить победоносный танец. Да, попалась белочка. В какой-то степени я даже рад, что все так сложилось. Ну, подумаешь, снова немного травмировался. Главное — Василиса не переломана, может, уже завтра зажжем не по-детски.

Останавливаюсь на светофоре и все же не сдержавшись перевожу на нее взгляд. А она даже и не думает отворачиваться и делать вид, что не смотрит на меня.

— Что? — первым не выдерживаю я.

— Ты почему не женился второй раз?

— Я из тех мужчин, которые не женятся на проститутках. Даже элитных, — усмехаюсь, переводя взгляд на дорогу. — Они только для секса.

— Это ты намекаешь на то, что после смерти жены у тебя были только проститутки?