Книга Эксперимент, страница 35 – Наталья Юнина

— Сочи. Ты отвез меня туда?

— Нет, зая, в Сосочи мы с тобой не рванули. Вообще ничего не помнишь из этой незабываемой ночи?

— Я с тобой не спала и не надо делать вид, что это не так.

— Как это не спала? А кто, по-твоему, был рядом с тобой? – нехотя поворачиваю голову на свободную часть кровати.

— Ну и какая я в постели?

— Богиня секса, не иначе, – усмехнувшись, произносит этот наглец.

— Я бы тебе не дала. В любом состоянии. Если только ты меня не изнасиловал.

— Это вообще-то ты меня, на минуточку, изнасиловала. Так знатно мне еще никто мозг не трахал. Ладно, тебе надо прийти в себя. Даю тебе ровно час. Полотенце, халат, зубная щетка и прочее лежат на нижнем полке в ванной. Она вот здесь, – указывает взглядом на дверь, встает с кровати и, совершенно не стесняясь своей наготы, скидывает полотенце, являя моему взгляду свою голую задницу. Неплохо так. Не обвисшая. И не волосатая.

— Насмотришься еще потом, – его насмешливый голос вновь вырывает меня из раздумий. Боже, откуда у этого мужика столько самоуверенности? Стоит себе и как ни в чем не бывало надевает при посторонней девке трусы. – Вставай давай, богиня секса, – резко отвожу взгляд. – Шестьдесят минут уже пошли. Меньше потратить можно, больше – нельзя. Как будешь готова, спустишься по лестнице, потом направо. В общем, иди на запах еды. Я пока приготовлю нам обед.

— Обед?! Сколько сейчас времени?

— Половина второго. Дня, если ты не поняла.

— Черт! У меня же работа! – резко сажусь на кровати и тут же одергиваю себя. Я же голая. Пока он не свалит из комнаты, я из кровати не вылезу.

— Не волнуйся насчет работы. Я тебя уволил. Кстати, скажи спасибо, выбил из этой стервы три твоих оклада. В счет, так сказать, твоих стараний и актерских способностей.

— Какой стервы? – недоумеваю я.

— Ксении, мать ее, Андреевны. Или ты еще на какую-то суку работаешь? – сказать, что я охренела – ничего не сказать. Значит все же мое реальное имя мне не показалось. Полный капец. Ну не могла я ему выдать такую информацию. – Завтра у тебя начинается новый рабочий день в моем доме.

— Чего?!

— Будешь работать у меня домработницей. Детали контракта обсудим после обеда, – какая на фиг домработница?! Какая еще домработница и контракт. – Долго еще будешь лежать или тебя снова надо куда-то занести? – Господи, он еще и носил меня куда-то?

— Не надо меня никуда носить. Я жду пока я останусь одна. Я не одета, – зачем-то поясняю ему как дура.

— Да ладно, неделя, максимум две, и все равно просыпаться будем друг перед другом в первозданном виде. Все, Наталь Санна, ждут тебя внизу. У тебе в запасе уже пятьдесят восемь минут.

Считать он еще вздумал. Кое-как встаю с кровати и на глаза тут же попадают… таз и лежащее на полу полотенце. На Архангельском было другое.

* * *

Стоило мне только дойти до ванной и встать под прохладный душ, как память подкинула мне весьма яркие воспоминания.

К горлу подкатывает очередная волна тошноты, но я упорно борюсь с ней. Не извергать же содержимое желудка в салоне чужого автомобиля. Зачем я столько пила? Это ведь я сама подливала себе водку в томатный сок. Не он меня спаивал. Какая же я отвратительная…

Нехотя открываю глаза, как только машина останавливается. Ничего не понимаю. Вокруг темно. Переворачиваюсь на спину и понимаю, что все двоится. Закрываю один глаз и наконец различаю картинку. Надо мной возвышается Архангельский. Точнее, это я лежу на его ногах. Пипец.