Книга Эксперимент, страница 49 – Наталья Юнина

— Я тут подумал, ты не станешь актрисой, как ни старайся, – ай, как гадко, зато эффективно. Улыбочка померкла, и кое-кто забыл о картах и перевел на меня взгляд.

— Ты ясновидящий?

— Нет. Просто актерская профессия, как минимум, подразумевает под собой уверенность в себе, чего в тебе нет, – да, мне определенно нравится, когда она злится. – Ты стесняешься своего тела. Даже если теоретически предположить, что тебе не придется раздеваться на камеру, у тебя на лице все написано. Ты не сможешь хорошо сыграть. Да и, если уж честно, зачем тебе эта профессия? Наверняка, чтобы заполучить внимание, которого ты были лишена в детстве, а не от дикого желания играть на камеру или на сцене. Что вы скажете на этот счет как психолог, Наталь Санна? – если на три буквы не пошлет, это будет удивительно.

— Ты будешь предпринимать еще попытки не продуть с позорным счетом или уже сдаешься?

— Буду, – тихо произношу я, подмигнув ей.

И все. Моя речь полностью возымела нужный эффект. В какой-то момент стало даже жаль пока еще несостоявшуюся актрису. Третий раунд я все же выиграл. Ну а последующие два даже и стараться не пришлось, теперь уже откровенно дерьмовые карты попались не мне. Кажется, еще никогда я с таким удовольствием не выигрывал. Не дожидаясь ее громкого побега в одном халате с босыми ногами, я резко приподнялся и поставил свой стул около Наташи. Грубовато повернул ее так, чтобы она оказалась сидящей напротив меня, и намеренно положил ладони на подлокотники ее стула.

— Я сказал это все не для того, чтобы тебя обидеть. Просто я очень хотел выиграть.

— Я тоже очень хотела, поэтому дважды смухлевала. Не будь ты так увлечен мною, выиграл бы и первый, и второй раунд. А не будь я такой дурой, то, как бы невзначай, раскрыла халат, показала бы тебе кусок сиськи, и ты бы продул. Жаль, что я дура.

— Думаешь, от куска я бы поплыл?

— Думаю, что тебе не надо так делать.

— Как?

— Отрезать мне пути к отступлению. Ты положил руки по бокам моего стула. Стало быть, давишь на меня. Мне не нравится, что ты доминируешь.

— У мужчины в крови доминировать. Это естественно.

— Нет здесь ничего естественного. Даже если я проиграла, это не значит, что надо мной надо доминировать. Мне не нравится, что ты хозяин положения, так что убери руки и говори свои желания.

Вместо того, чтобы хоть что-нибудь сказать в ответ, я, как привороженный, уставился на ее красные от кусаний губы. Вот, спрашивается, какого хрена? Может, на меня кто-нибудь порчу навел, ибо желание ее поцеловать – граничит с ненормальностью.

Вообще не припомню, когда последний раз целовал женщину. Совершенно ненужное, бесполезное для жизни дело. Тем более для секса. Хотя, если призадуматься, как раз эту малолетку последний раз и целовал. Но сие действие, результатом которого стала моя прокушенная губа, поцелуем в принципе назвать сложно. Удивительно как она не внесла в табу поцелуи.

— Прекрати, Наталь Санна.

— Что? – хороший вопрос.

— Все. Ещё немного и я в тебя влюблюсь.

— И что тогда?

— Пиздец тогда. В предпенсионном возрасте это чревато идиотизмом. Ладно, Наталь, а теперь поднимай со стула свою прекрасную задницу и иди за мной исполнять мои желания. И это не просьба. Не заставляй меня включать злого предпенсионера.

— Если ты попробуешь меня унизить или сделать что-нибудь отвратное, я все брату расскажу.