Книга Эксклюзив, страница 107 – Наталья Юнина

* * *

В принципе, если не брать в расчет то, что я запулила стеклом в гостя, наша свадьба не так уж и плоха. Неповторимый вообще светится от счастья. Кажется, даже Люсю сейчас расцелует.

— Лизочек, ты зачем этот полутруп пригласила? У нее старческие корки на лице в салат не упадут?

— Скорее челюсть или кончик носа, – тут же произносит Федор, садясь к нам за общий стол.

— Прекратите так громок говорить. И вообще, она бабушкина гостья. А старость надо уважать.

— Ой, да брось, она почти глухая. Бабуль, вам салат наложить? – нереально громким голосом произносит Люся.

— Положи. И не ори, стаканы трясутся, – ничего себе.

— Бабуль, вы бы поосторожнее. Я в регистратуре поликлиники работаю уже пять лет.

— А я там же проработала сорок пять.

— Дело набирает опасные обороты, мы оставим вас, леди. Пойдем, потанцуем, дорогая жена.

— Пойдём, хозяин. А ты, я смотрю, рад, да?

— Конечно. Это же день нашей свадьбы. Что может быть прекраснее? – вот же гад. Но улыбка у Неповторимого обезоруживающая.

— Приятно, что я покалечила человека?

— Приятно, что ты оставила отметину на виске Крота. Это тебе намек свыше, что не надо было его приглашать.

— Он нам флешку отдал и хотел приглашение на свадьбу. Надо быть благодарными людьми.

— Ну вот ты его и отблагодарила от всей души и в душу, – не скрывая смеха, выдает Федя, кружа меня в танце.

— Я вижу ты прям светишься счастьем.

— Да, любовь моя. Свечусь.

— Гад.

— Если я гад, то значит ты гадина. Уверена, что я гад?

— Ты да. Кстати, гад, я тут подумала. А давай откроем агентство частного сыска?

— Чего?!

— Ну а что? Будет интересно расследовать то, что не сможет милиция. Я буду помогать тебе в свободное время, а если втянусь, то не пойду в интернатуру, а буду твоим напарником. Давай?

— Я обязательно подумаю над твоим предложением.

— Батюшки! Убили! – слышу громкий вскрик позади.

Поворачиваюсь к всполошенной женщине, даже не имея преставление, что за гостья у нас такая, наверное, бабушкина. Федор же моментально меняется в лице и идет за женщиной. Я семеню следом за ним и хватаю за руку.

— Дорогой мой муж, это знак свыше! Представляешь, как классно. Сейчас мы будем с тобой искать убийцу!

— Да вообще классно, – не скрывая сарказма выдает Федор.

Мы заходим в женскую уборную, а там… бабушкина подружка детства на полу. Ну, так неинтересно. То же, мне убили. Бабка поди от старости умерла. Хотя… одна регистраторша угрожала другой.

— А я говорила, что у меня задница чесалась. Вот бабка и померла. Давно пора, и так задержалась больше положенного, – цокая произносит Люся.

— Цыц, леди, – громко произносит Федор, поднимая бабульку. И вовсе она… не труп. Видать поплохело женщине, стремящейся к земле. Но она решила еще пожить.

— Вот, блин, расследование отменяется, – видимо, я сказала это вслух, иначе как объяснить, что Федор на меня так зыркнул. – Я имела в виду, о счастье-то какое, что все живы. Вызовите скорую или позовите врача, вдруг кто-нибудь есть в зале.

И только когда бабульку выводят из уборной, и мы остаемся одни с Федором, до меня вдруг доходит. Я же сама без пяти минут врач. Позорище.

— Мой руки от ее старческих корок и ничего мне не говори. Сама все знаю.

— Не все. Я уже подумал. Зачем ждать окончания университета, тем более поступать в интернатуру. Врачей много, а ты такая одна эксклюзивная. Давай откроем агентство под названием Е. Банько и Ко.

— Тогда уж Е. Банько и Мухомор.

— А на визитке напишем «Мы найдем то, что даже не успело потеряться».

— Или «Мы найдем убийцу еще до того, как он им стал».

— Договорились.