Книга Попала, или Кто кого, страница 96 – Наталья Юнина

— Давай.

Это же как надо было ужраться, чтобы изо рта текли слюни? А голова? В висках пульсирует так, что кажется сейчас они разорвутся к чертям собачьим. Глаза вообще открывать страшно, можно подумать, что я вампир, которого убьет не то, что солнце, но и полоска обычного света. Фу, как же слюняво и мерзко от самого себя. Вроде и рот закрыт, чего ж так мокро? И в ушах… в ушах тоже влажно, теперь снова на щеке, и на губах. Твою мать, и из носа течет. Так, стоп!

— Фу! — резко приподнимаю голову с кровати, когда открыв глаза, увидел активно лижущий меня пушистый комок. — Кыш отсюда! Как ты вообще сюда забралась?

— Я ее подсадила, Кирюша, чтобы вместо будильника тебя разбудила добротная собачья слюна, ну в смысле ласка, — раздается над ухом голос мамы.

— Мам, ты издеваешься? — хватаюсь за виски, к счастью, не слюнявые, но в прямом смысле раскалывающиеся. — Я тебе сотни раз говорил, что собака не должна быть в кровати, это антисанитария.

— Кажется, ты сам говорил, что это не собака, а комок недоразумения. Машенька чище тебя, по крайней мере сейчас точно. В конце концов, она тебе всего лишь лицо полизала, — плюхается рядом со мной и тут же начинает гладить меня по и без того чувствительной голове. — Как ты себя чувствуешь?

— Хреново, мам. Который час?

— Без пяти семь.

— Как же так можно было нажраться-то… А папа в порядке?

— Ну я же рядом, значит в порядке. Скоро придешь в себя. Выпей пока воды, я там тебе таблетку растворила.

Залпом выпиваю стакан воды со специфическим вкусом и откидываю голову назад. Даже в юности так не нажирался…

— Кирюш, иди в душ. Я там тебе чистые трусы положила с запахом весенней свежести. Почти новые. Без дырок. Чуть-чуть могут подвисать на тебе, но это лучше, чем грязные.

— Подвисающие трусы без дырок с запахом весенней свежести, это прям то, что доктор прописал. Чтобы я без тебя делал, мама.

— Ну, если в тебе просыпается сарказм, значит скоро все придет в норму, — вновь гладит по голове, словно я котенок в ожидании долгожданной ласки. — Все, иди, мой хороший. Приводи себя в чувство, спускайся вниз, я тебя как надо накормлю и потом мне надо с тобой серьезно поговорить.

— О, нет. Я не поднял крышку унитаза и забрызгал все вокруг?

— Понятия не имею, но обязательно проверю. Вставай давай, — прихватывает в подмышку медвежье недоразумение и медленно идет на выход, цокая тапками с каблуком. С каблуком… Интересно, Света умеет ходить на каблуках? Охрененно важный вопрос с бодуна…

Не знаю каким усилием воли я приподнял свою затекшую задницу с кровати и пошел в душ. Но результат превзошел ожидания. Уже через полчаса я чувствовал себя не то, что бы хорошо, но значительно лучше. По крайней мере, голова уже так не раскалывалась.

— Ну наконец-то, садись давай, блины уже остыли. Стой, — хватает меня за плечо и начинает принюхиваться.

— Сынок от тебя так пахнет. Ты там что, весь гель для душа на себя вылил?

— Я куплю вам новый.

— Да нет, я не об этом, просто от тебя пахнет другим…, - вновь принюхивается ко мне. — Не гелем.

— Чем?

— Перегаром, Кирюша. Так что зря только потратил гель. Его надо было в рот заливать, а не на тело.

— Ой, мам, прекрати. И так тошно.

— Не бойся, я тебе фенхель дам пожевать, на работе будешь почти огурцом. Садись. Ешь блинчики, запивай кофе и давай поговорим о твоей девочке.