Книга Идеальный мир для оценщика, страница 80 – Олег Сапфир, Натан Раух

Я осмотрел свой меч. Я его ронял, деревья им рубил, кости скелетные, камни, да еще и вместо молотка использовал. Короче, клинок уже требовал ремонта. Хорошо, что у меня теперь есть выбор.

Еще в мешках обнаружились два артефакта для розжига огня. Причем один активировался словом, но не таким, как первый, а «Фарха». Получается, к каждому артефакту привязывается отдельное слово? Чтобы никто, кроме покупателя, не мог им пользоваться?

Это мне на руку. С помощью оценки я ведь смогу использовать любые артефакты. Слово активации будет мне доступно…

Второй разжигатель активировался мыслью. Как и мой браслет света — достаточно просто подумать, чтобы он сработал.

Я поставил оба разжигателя рядом и какое-то время смотрел на них, как на двух подопытных. Одинаковое назначение, одинаковый результат — огонь. Но принцип совершенно разный. Один требует голоса, слова, причем у каждого изделия слово свое. Другой работает от мысли, без звука, без жеста, волевым усилием.

— Это что же получается… Невообразимо интересно.

Размышляя, я пощелкивал пальцами.

В моем мире существовали ремесленные школы. Толедские клинки отличались от дамасских, венецианское стекло — от богемского. Почерк мастера, традиция школы, региональная специфика. Берешь в руки вещь и по десятку мелких признаков понимаешь, откуда она и кто делал. Потому что за каждой вещью — система. Набор правил, передававшийся от учителя к ученику.

А здесь?

Один мастер решил, что его артефакты будут активироваться словом — пожалуйста. Другой выбрал принцип мысли — тоже годится. Третий, может быть, предпочитает жесты или прикосновения. И все работает.

Это либо означало, что магия здесь настолько гибкая, что допускает любой способ взаимодействия, либо — что местные маги просто не договорились между собой о стандартах. Зависит ли работа артефактов от уровня мастера? От его специализации? Или это просто дело вкуса?

Ответа пока не было. Но направление мысли мне нравилось.

— А самое главное…

Благодаря оценке я могу пользоваться любым из этих артефактов. Система показывает мне слово активации, способ использования, принцип работы. Неважно, какой мастер сделал вещь и какую схему заложил, — для меня это открытая книга.

В прошлой жизни знание того, как работает вещь, приносило деньги и репутацию. Здесь оно, похоже, поможет выжить. Это будет поважней.

Я отставил разжигатели в сторону.

Улов более чем достаточен для одного дня. Можно бы на этом остановиться, подбросить дров, поужинать как следует и лечь спать. Но мой взгляд уже несколько минут возвращался к одному и тому же предмету.

Мешочек.

Небольшой мешочек, который я в самом начале разбора отложил отдельно и с тех пор не трогал.

А все почему?

Обостренное зрение, которое после пятого уровня оценки то и дело выкидывало фокусы с яркостью и цветами, на этот раз оказалось полезным. Вокруг мешочка воздух чуть плыл. Совсем немного — слабое марево, дрожание, как над костром в морозный день. Кто-то другой, может, и не обратил бы внимания. Но я-то столько лет работал с вещами, которые прятали суть за неприметной оберткой.

Я подвинулся ближе.

Поднял мешочек. Он был довольно легкий, но не пустой — внутри что-то твердое, два или три предмета. Ткань плотная, непростая на ощупь, из неизвестных мне материалов. Что-то другое, с легким маслянистым блеском, приятное пальцам.