Книга Первая земля, страница 128 – Ками Мёрдок Дженсен

— Разумеется, вижу!

Я разглядела потоки чар, пронизывающие бастета и управляющие каждым его движением.

— А я вот не вижу материи: ни атомов, ни молекул – ничего, чью форму можно было бы изменить!

Иногда я бываю полной идиоткой… Вот почему Темнон поначалу не решался выступить против иллюзорных демонов! И почему ему с таким трудом удавалось побеждать их. Он был беспомощен против магии света!

Бастет поднял булаву и прицелился в нас. Мы бросились наутек, разбежавшись в разные стороны, а его орудие проделало кратер в земле между нами.

Мы не можем уворачиваться до бесконечности. Нужно что-то предпринять, иначе нам конец.

Я подбежала к Гриммалю и схватила его за усы.

— Этот великан напоминает кота, – сказала я. Он замотал головой, но я дернула сильнее, заставив его встретиться со мной взглядами, и пристально посмотрела в его зеленые глаза. – Гриммаль! У него голова пантеры. Это очень простая форма для тебя! Если уж тем двум падальщикам в джунглях это под силу, то тебе и подавно!

Взбешенный моими глупыми доводами, он угрожающе зарычал. Но я не сдавалась. Потому что в глубине души знала, что его таланты были раскрыты не до конца. Мне просто нужно было убедить его в этом.

— У тебя получилось объединить сразу три кошачьи формы, Гриммаль! Ты выдающийся скиффтан. И способен справиться с этим!

Он прищурился.

— Только не с тобой, болтающейся на моих усах.

Я поцеловала его в нос и отпустила.

— Ты сможешь, Гриммаль. Я это знаю. Помнишь, что ты сам мне говорил? Скиффтаны обладают способностью увеличиваться в размерах.

Он стал разрастаться еще быстрее, чем тогда в моей спальне на Второй Земле. Его морда преобразилась без особого труда, а также вырос длинный, изящный хвост. Но потом что-то пошло не так. Конечности Гриммаля обмякли и стали гнуться, как резина. Человеческая часть формы бастета сопротивлялась его кошачьей ДНК. Его рыжий мех сгорел, оставив после себя лишь пепел, а кожа вздулась пузырями. Превратившись в розовое нечто, Гриммаль взвыл от боли, а меня охватил ужас.

Я убила его… Убила своего друга!

— Верни прежнюю форму, Гриммаль! – рыдая, крикнула я. – Остановись, пожалуйста!

Мое потрясение было настолько сильным, что я даже не заметила гигантских пальцев, обхвативших меня. Собственная судьба перестала иметь для меня какое-либо значение. Я с яростью била по руке демона лишь потому, что она отдаляла меня от моего друга.

Сдавливание мешало мне окликнуть Гриммаля. Но я не паниковала по этому поводу, вплоть до того момента, пока не попыталась наполнить легкие воздухом и не смогла. Сжатие было чудовищным. Глаза защипало, и слезы по Гриммалю закапали на гладкую кожу иллюзии.

Я погубила его. И заслужила смерть.

Рев, еще более могучий, чем рык великана, разнесся вокруг, и порыв воздуха, созданный им, растрепал мои волосы. Невероятным образом хватка бастета еще больше усилилась, и я запрокинула голову, чувствуя, что рука демона выжимает из меня жизнь. Я ощутила опасное напряжение своих костей, готовых треснуть, но оно внезапным образом ослабло. Судорожно вздохнув, я вдруг поняла, что падаю. Однако падение мое было недолгим. Большая лапа, покрытая гладким черным мехом, подхватила меня и поставила на землю.

Задыхаясь и зарываясь пальцами в грязь, я кашляла, тяжело втягивала в себя воздух и снова кашляла. Горло горело от напряжения.