Книга Тень и прилив, страница 136 – Рейчел Гринлоу

— Я привела в этот мир вас обеих, а хоронить совсем не хочу. Если будет шанс – бегите. Слышишь меня, Мира? Это не твой последний бой. Не твой конец. Мы отказались выдать тебя. Так не дай им себя схватить. – С этими словами – и диким воем осиротевшей волчицы – она устремляется к центру деревни.

Агнес сдавленно всхлипывает и поворачивается ко мне. На лице ее, озаренном мерцающим светом пожаров и вспышками пронзающих небо молний, скорбь и боль. Она – тьма и свет, огонь и лед. Как и все мы.

— Они хотят убить нас всех, Мира. Хотят не оставить никого и ничего после себя.

— Знахарка права. – Я проглатываю свою боль, свое горе. – Ты должна выжить. Мы должны выжить. Розвир не просто остров, это наш народ. Дозору не убить остров, если мы уйдем от их пламени. Собирай всех, кого сможешь найти. Нужно отступать.

Агнес кивает, моргая.

— Я начну с дома собраний, а потом пойду по окраинам.

— Хорошо-хорошо. Я за вами. Помоги всем, кто уцелел. Нам нужно добраться до бухты, усадить в гички как можно больше людей и покинуть эти берега.

Мы бежим, то ныряя в тени, то вырываясь из них. Повсюду вокруг царит хаос. Дозор затопил наш остров. Нам не справиться со всеми. Их слишком много. Слишком много. Агнес огибает тлеющий дом собраний, разыскивая тех, кого можно спасти. Я открываю рот, чтобы крикнуть, что кого-то нашла – на земле лежит мужчина, и дыхание еще трепещет в его легких, – но тут воздух слева странно колеблется…

…и кулак врезается мне в лицо.

Перед глазами взрываются звезды. Я падаю. Мир кренится, плывет, туманится. Затем следует острая, жгучая боль.

— Вставай, – рычит охотница. – Так или иначе, но ты отправишься со мной, тварь. Не усложняй ситуацию. Они здесь из-за тебя. С твоей поимкой все завершится.

Тварь?

Я поворачиваюсь, смотрю на нависающую надо мной Бриэлль. Снова сверкает молния, рассекая небо, тут же рокочет гром. И обрушивается дождь. Ливень гасит огонь, пляшущий меж домами. Клубы дыма и пепла обволакивают остров, скрывая его из вида. Остаемся только мы. Я и она. Дичь и охотник, ведьма, преследовавшая меня, вонзившая клинок в грудь Эли, желающая передать меня правящему совету…

Сестры Лори в этот миг я не вижу. Передо мной – охотница, выполняющая задание, охотница, работающая на ковен. Я не хочу идти с ней. Я не стану облегчать ей задачу.

Вскочив, я выхватываю последний клинок. Короткий, острый, опасный, он предназначен скорее для метания, чем для ближнего боя. Но это все, что у меня есть. Сплевываю, ощущая во рту медный вкус крови, и ухмыляюсь.

— Ты правда думаешь, что дозор остановится, как только ты схватишь меня, охотница? Правда думаешь, что в этой ночи есть место хоть для капли чести? Они сожгут здесь все и всех. – Замечаю ее замешательство, секундное колебание, и смеюсь, вытирая с подбородка кровь, марая пальцы. – Это все, на что ты способна?

Рыча, она принимает боевую стойку. И бросается в атаку. Я пригибаюсь, падаю, перекатываюсь. Земля уже скользкая от дождя. Гром вновь сотрясает остров, а у меня перехватывает дыхание: Бриэлль, споткнувшись, промахивается. Я пинаю ее в поясницу. Если она схватит меня – это конец. Одно ее слово, одно заклинание, и ее магия перенесет нас. Я стану пленницей ковена Септерн, а они передадут меня правящему совету. А Розвир продолжит гореть.