Книга Компас и клинок, страница 140 – Рейчел Гринлоу

Я подхватываю угол гроба и несу его наравне с остальными, кто заплывает на кораблекрушения. Моими сестрами и братьями в буре. Все семеро идут как один. Мы относим гроб к скалистому обрыву Розвира. Где растет морская армерия и откуда отец сможет свободно любоваться океаном. Во главе идет Брин; вид у него после тюрьмы до сих пор изможденный. Он произносит теплую речь об отваге отца. О том, как он всех нас защитил. Мы беремся за лопаты, засыпаем гроб, и по щекам моим струятся слезы. А гроб с изображением истории жизни отца теперь покоится глубоко под землей. Агнес стискивает мою ладонь, и все уходят, чтобы я могла с ним проститься.

Я смотрю вдаль, на бегущие волны, ветер треплет волосы. Я все еще как чистый лист. Спущенный парус, бесцельно плывущий по течению. Вся моя ярость, вся боль умерли вместе с ним. А я сама как будто онемела. Словно Сет и Реншоу лишили меня всего и сразу, вплоть до самой важной, неотъемлемой частицы души. И я уже сама себя не узнаю.

Вскоре я замечаю выросшую рядом тень. Устремленную к морским просторам.

— Я не справилась, – осипшим голосом говорю я.

Элайджа вздыхает.

— Нет. Это я тебя подвел. А ты сделала все, что от тебя зависело. Мне следовало догадаться о проделках Реншоу.

— Неважно, все равно отец погиб. И все было зря.

— Мира, тут никто не виноват. – Он мягко берет меня за подбородок и поворачивает лицом к себе.

Заглянув ему в глаза, я вижу сожаление. Истину. И отголосок страха.

— Послушай, это важно. Не вини себя. Поняла?

Я закрываю глаза. Так хочется, чтобы весь мир вокруг исчез.

И чтобы я сама исчезла вместе с ним.

Элайджа усиливает хватку.

— Не забывай о нашем соглашении. Мы заключили сделку.

Я тут же распахиваю глаза.

— Ты согласилась на меня работать, Мира. Мы условились на год. Дай мне всего год. Только не падай духом. Я запрещаю тебе падать духом.

Я всхлипываю, отстраняясь от него, и опускаю взгляд на могильный холмик. Не говоря ни слова о сорванной сделке. О нашем провале. О том, что самый страшный мой кошмар стал явью. И отец погиб.

— Не опускай руки, борись.

— Дозор опять нагрянет. Очень скоро. Все переменилось, мы теперь в опасности. Мне нужно, чтобы ты защитил Брина, спрятал его на время где-нибудь вдали отсюда. Могу я в этом на тебя положиться?

Он впивается в меня пристальным взглядом.

— Можешь мне довериться.

Я киваю, хотя и так знаю ответ. Да, именно ему я могу доверять.

— Пожалуй, самое время заключить новую сделку.

Он стискивает зубы, как будто готовится к спору. Не желая уступать. Хотя мы оба понимаем, что прежние договоренности рассыпались прахом. Как бы ему ни хотелось заполучить меня на год.

— Слушаю тебя.

— Я хочу… – Сглотнув, я твердо встаю на ноги. – Отец всегда меня оберегал. Держал меня на острове и от всего защищал. Беспокоился, когда я отправлялась на очередное кораблекрушение. Всякий раз, когда я добровольно подставлялась под удар. А я никогда… – Я медлю и выравниваю дыхание. Мне надо высказать это вслух. – Я все время с ним спорила. Каждый день только и думала, как бы обрубить эту привязь. Хотела… Вырваться на свободу. Но теперь…

— Теперь тебя ничто не держит.

— Но я не чувствую себя свободной.

Элайджа выжидает.

— Поэтому хочу добавить кое-что к первоначальной сделке. Я хочу, чтобы ты защитил Розвир и нашу деревню. Власть дозорных, честолюбие их капитана… просто непомерны. Они все больше набирают силу, и я не знаю, как долго мы выстоим. – Я перевожу дыхание. – Я… Я раскрою тебе тайны карты. Но в обмен я хочу, чтобы на время службы ты защитил мой остров от дозора. А еще хочу, чтобы Реншоу с Сетом узнали, каково это, когда почва уходит из-под ног. Когда тебя выслеживают и травят, словно ты какое-то животное. Я хочу лишить их всего самого ценного. Она отняла у меня отца. И я хочу мести.