Книга Сердце мира, страница 127 – Рия Альв

Но как такое могло быть? Разве родители не сдерживали тьму где-то далеко? Разве за окном еще не половина города? Дома, улицы, сады, площади, храмы, музеи, театры. Это все просто не могло исчезнуть! А то, что за городом? Поля, города, деревни, лес? Этого тоже теперь нет? И всех жителей не стало? Невозможно. Просто невозможно! Родители бы никогда этого не допустили!

«Альбис не может пасть!»

«Очнись, он уже пал!»

— Не стой здесь!

Аврей схватил меня за ворот рубашки и оттащил от окна, потом снова потянул в коридор. Он уже опустел. Отряд гвардейцев за нами просто не успел. Их оттеснило потоком испуганных беженцев.

— Никогда не убегай так. – Аврей едва мог дышать, так быстро мы неслись.

Наши шаги отдавались в коридоре неприятным эхом. За окнами стояла серость. Мне казалось, что она вот-вот разломит стекла и хлынет внутрь замка, как морская вода сквозь пробоины в корабельном дне. Одной рукой я сильнее сжимал ладонь Аврея, а другой – нож. Это давало мне немного спокойствия.

Вывернув к лестнице, брат замер так резко, что я врезался в его спину.

— Назад, – сказал он тихо, одними губами. Себе или мне, я так и не понял.

Лестницы не было. Вместо нее только плотный серый туман. Шевелящийся, перекатывающийся, как волны или тысячи крысиных спин. Что-то медленно поднималось оттуда. Я еще не видел его, но оно видело меня, чуяло, знало. Я сильнее сжал нож, хотя понимал – он мне не поможет.

— Через западное крыло, – сказал Аврей и, развернувшись, побежал по коридору к другой лестнице. Этот путь был длиннее, но он хотя бы был. Возможно.

— Прости меня. – Я всхлипнул, сбивая дыхание. Легкие жгло от страха и быстрого бега. Что-то туманно-серое, что-то холодное и опасное уже встало на наш след. И все из-за меня. – Прости.

— Не хнычь!

— Не буду. Только не оставляй меня.

— Не оставлю. Но не смей плакать!

Я из последних сил старался не разрыдаться. Брат никогда не простит меня. Я все испортил. И серость уже прямо за нами.

Я со всей силы толкнул Аврея в спину, и мы упали на холодный мраморный пол. Боль обожгла нос и лоб. Я всегда неудачно падал. Серое чудовище пролетело над нашими головами, едва не задев брата когтями, и растеклось по полу неровной кляксой.

— Оно?..

Умерло? Исчезло? Больше не тронет нас?

— Нет.

Аврей качнул головой. А в следующее мгновение чудовище уже врезалось в созданный им барьер. Оно было похоже на огромную собаку – те же четыре лапы, вытянутая клыкастая морда, только хвост узкий и длинный, как у крысы. Чудовище снова и снова бросалось на барьер, вгрызалось в него с безумной яростью. И барьер дал трещину.

Я испугался. Короткий импульс силы ударил в сердце. Молния магии пробежала по телу.

— Прочь! – закричал я.

Чудовище отскочило. Все его туловище задрожало, как силуэт от колеблющейся на ветру свечи.

— Исчезни!

Оно стало таять, осыпаться на пол хлопьями пепла, растекаться по стенам пятнами гари. Из-за моей магии?.. Но у меня не было времени это обдумать.

Мы снова бросились бежать, но еще три такие же твари преградили нам путь. Одна из них сразу же кинулась на меня. Аврей отбросил ее заклинанием. Но пока чудовище бежало на меня, я успел заметить кое-что. Серый глаз с тонким белым зрачком смотрел прямо на меня изнутри распахнутой пасти. И от его взгляда холод пробрал меня до самых костей.