Книга Сердце мира, страница 133 – Рия Альв

Нас любили, но малость опасались. Все, кроме родителей. Вряд ли они допускали даже мысль о том, что мы можем использовать свои силы во зло. Их любовь была безгранична.

Нам самим наши способности казались естественными, мы не собирались причинять кому-то вред. Но все-таки использовать магию без ограничений было действительно приятно. Развивать свои таланты, искать пределы – раз другие могли это, то почему мы должны были себе запрещать?

* * *

«Закончится тем, что нас схватят», – сказал я.

— Ты все время так говоришь, хватит быть нудным. – Аврей в очередной раз отмахнулся от меня. Он полулежал на груде пустых ящиков, сваленных в одной из боковых улочек, и смотрел в небо, виднеющееся в дырах на натянутой между домами ткани.

Прошла уже неделя, как мы выбрались из разлома. За это время мы узнали многое. Например, то, что с того момента, как открылся разлом, прошло уже сто лет. Довольно много, но зато понятно, почему все успело так измениться. Мы стащили карту и выяснили, что почти половина наших земель обратилась черной пустыней и звалась теперь Пустыми землями. Часть их по-прежнему была охвачена разломом, который медленно закрывался, словно затягивающаяся рана. Время от времени он выпускал из себя эльфов, которых здесь на языке офо называли недрэ.

У тех, кто выходил из разлома, чаще всего не оставалось магии, многие утрачивали воспоминания. Офо и некоторые люди пользовались этим, обращая их в рабов. Брата пытались поймать пять раз. Однажды даже почти вышло. Какая-то офо решила сразу напасть, Аврей едва успел увернуться от удара по голове.

В остальном же все всегда шло по одному сценарию – стоило Аврею заговорить, как работорговцы теряли свою волю и готовы были подчиняться ему. Обычно он давал им указания в духе «идите так долго, пока не иссякнут ваши силы, пока, изможденные, не упадете вы среди черных песков». Что случалось с ними дальше, мы не знали. Нас интересовали только их вещи.

Сначала Аврей обменивал их на еду и деньги, притворяясь, будто его за этим послал хозяин. Потом стал просто подходить к торговцам и приказывать отдать ему то, что хочется. Мы не видели в этом ничего плохого. В конце концов, офо забрали наши земли, почему мы не можем забрать что-то у них? Несколько раз мы даже пробирались в богатые дома, чтобы вымыться. Но с кухонь там ничего не брали, чтобы в пропаже не обвинили слуг.

Кажется, Аврею даже начинала нравиться такая жизнь. Точнее, то, что он может использовать магию без контроля и ограничений. Я немного завидовал ему.

— Давай задержимся здесь? – Аврей скорее снова размышлял вслух, чем действительно спрашивал меня. – Мы могли бы узнать что-то о секте. Что-то полезное для родителей.

«Я хочу домой», – сказал я, и прозвучало это, наверно, совсем капризно и по-детски.

— Только хныкать не начинай. – Аврей покачал нож из стороны в сторону. Знал, что я ненавижу, когда он так делает. – Разве ты не хочешь не просто так вернуться к родителям, а, ну… с секретными знаниями о том, как закрыть разлом и вернуть всех назад?

«Я просто хочу вернуться к родителям».

Это действительно было очень по-детски, но я хотел к маме и папе. Хотел, чтобы они снова меня обняли и сказали, что все теперь хорошо. Хотел, как в совсем раннем детстве, забраться в их кровать и уснуть рядом. Но, даже если бы они сейчас оказались с нами, не смог бы этого сделать.