Книга Следователь по особо важным… телам. 18+, страница 59 – Игорь Некрасов

— М-м-м, — выдохнула она, и я понял, что сдался окончательно и бесповоротно.

Я уже не хотел ничего, кроме того, что сейчас должно было произойти.

Она наклонилась — плавно, не торопясь, будто давая мне последний шанс передумать. Но я уже не хотел передумывать. Её пальцы, всё ещё сжимавшие член, направили его к губам. Я почувствовал её дыхание — горячее, прерывистое — на самом чувствительном месте. Потом её губы сомкнулись вокруг головки. Мягко, влажно, бережно — будто она пробовала дорогое вино. Тепло её рта накрыло меня — невыносимо приятное, живое, пульсирующее в такт её дыханию, и я выдохнул — громко, хрипло, не в силах сдержать этот звук.

В следующий миг мои руки взметнулись сами собой, а пальцы утонули в её волосах — густых, ещё влажных после душа, и я не толкал, не давил, а просто держал, ощущая, как её голова начинает медленно и ритмично двигаться вперёд-назад.

Она сосала не торопясь, словно привыкая и приспосабливаясь. Затем я почувствовал, как её язык скользнул по нижней стороне ствола, и по позвоночнику тут же пробежала горячая волна наслаждения.

В спальне было тихо, слышались только влажные, приглушённые звуки её рта, моё сбитое дыхание да горел красный огонёк камеры под потолком, который наблюдал за нами, но сейчас мне было всё равно.

С каждой следующей секундой Алла брала глубже, от чего я слышал, как она давится.

В то же время её пальцы одной руки лежали на моём бедре, другая сжимала основание члена, контролируя движения, а язык выписывал замысловатые фигуры на головке, потом скользил вниз по стволу.

Я поднял голову и подумал: «Черт… как же приятно…», как тут снова короткие, приглушённые всхлипы донеслись до моих ушей, и её горло напряглось, вонзив в меня новую порцию удовольствия.

Открыв глаза, я опустил взгляд и увидел, как её глаза слезятся, и даже по щеке скатывается одинокая капля влаги, но она даже и не думала останавливаться.

Иногда делала паузу на секунду, проглатывала слюну — и снова брала в рот, до самого основания.

Вскоре я совсем забылся, и мои бёдра начали двигаться сами. Сначала почти незаметно — лёгкие, короткие толчки навстречу её губам и глотке, а затем всё глубже и сильнее.

Я ускорялся, и всего через минуту я уже не просто стоял, наслаждаясь, а беспощадно её рот. Медленно, размеренно, но с каждым толчком всё глубже и до упора.

Моя наглость, возникшая из-за опьянения удовольствием, длилась до того момента, когда член уперся в заднюю стенку её горла, и она издала всхлип — приглушённый, влажный, почти умоляющий.

В этот момент моя наглость переросла во что-то другое, и я взял её за волосы уже грубее и резко вошёл ещё глубже — туго, горячо, до тошноты.

Она замерла на секунду, и я почувствовал, как её рвотный рефлекс сжал головку, но всё равно не отстранилась.

— Да-а… — прошептал я хрипло, вскидывая подбородок.

Опустив взгляд на неё, я опомнился и сильно удивился, что даже после всего этого она не подняла на меня укоризненный взгляд, а, наоборот, чуть ослабила хватку пальцев, позволяя вставлять глубже, так, как я хочу.

Невероятно, подумал я и начал двигать тазом, гоняя член между ее губ. Сделал ещё несколько толчков. Коротких, но жёстких. А на последнем, самом глубоком толчке, её горло вновь сжалось судорожно, влажно, и она отстранилась, выпуская член из губ с тихим, мокрым звуком. Потом подняла на меня взгляд — затуманенный, но совершенно не покорный. В нём читалось торжество, словно всё происходящее ей безумно нравилось.