Книга Следователь по особо важным… телам. 18+, страница 65 – Игорь Некрасов

В её голосе не было какого-то особенного намёка — только простая, спокойная констатация факта. И от этого стало почему-то ещё более неловко.

— Хорошо, — ответил я, уже подхватывая штаны с пола и натягивая их на ноги. — Буду иметь в виду. — я выпрямился, застегнул ширинку и пояс, одёрнул рукава и, поправляя воротник, посмотрел на неё уже привычным, насколько это вообще было возможно после всего, что здесь произошло, деловым взглядом. — До свидания, Алла Максимовна.

Она кивнула, и я развернулся и вышел в коридор. Дверь за мной закрылась с тихим, почти неслышным щелчком.

Коридор был пуст. Ни Мили на коляске, ни даже намёка на чьё-то присутствие. Тишина стояла такая, что я слышал собственное дыхание и шаги по мраморному полу. Где-то в глубине дома, может быть, в своей комнате, дочь семьи Волконских сидела с закрытыми ушами или же спала после выпитой бутылки вина.

Я не знал. И, честно говоря, не хотел знать.

Миновав гостиную с раздвинутыми шторами, пустую, безмолвную, я вышел в холл и толкнул входную дверь.

Уличный воздух ударил в лицо — свежий, влажный, пахнущий мокрой листвой и нагретым асфальтом. Я глубоко вдохнул и только тогда понял, как долго не дышал нормально. Словно всё это время находился под водой, а теперь наконец вынырнул.

Ворота за моей спиной щёлкнули, запираясь.

Я отошёл на несколько шагов, желая уйти подальше от особняка, подальше от камер и подальше от этой женщины. И только когда я отошёл достаточно далеко, только тогда позволил себе остановиться. Дрожащими руками достал сигарету, щёлкнул зажигалкой. Дым горчил, обжигал горло, и это было хорошо. Это было привычно, и это было нормально. В отличие от всего остального, что только что произошло.

Я затянулся, выпустил дым в серое субботнее небо и посмотрел на дом Убойновых.

Криминалисты, наверное, уже заканчивают, — понадеялся я. — А кинологи с собаками уже наверняка прочесали лес.

Сделав еще несколько затяжек, я выбросил сигарету и зашагал к своей серой «Гранте», стоявшей в конце улицы.

Лапин, какой же ты всё-таки идиот, — пронеслось в голове, когда я оглянулся и вновь увидел особняк Волконских. — Просто блистательный идиот.

Эта мысль была такой привычной, такой родной, что я даже не попытался с ней спорить. Я просто продолжил шагать по дороге, глядя себе под ноги, и пытался не думать о том, что только что произошло.

Однако не получалось.

Перед глазами всё ещё мерещилась Алла на коленях. Её блестящие губы, растрёпанные волосы и этот её спокойный, почти будничный вид, когда она вылизывала мои яйца. А потом улыбалась и говорила «спасибо».

Спасибо… — я усмехнулся. — За что? За то, что я только что трахнул женщину, да ещё и под камерой для её мужа-извращенца? Ну не за что, блять… Как бы мне это потом боком не вышло.

Ноги в момент тяжких дум и переживаний всё несли меня вперёд, мимо домов, мимо заборов. Я уже почти поравнялся с домом Убойновых, когда заметил движение слева.

Участковый Круглов выходил из калитки соседнего дома, а заметив меня, поднял руку и помахал, привлекая внимание.

Видок у него… был удручающий.

Участковый Круглов быстрым шагом направлялся ко мне, придерживая фуражку рукой.

Вид у него был взъерошенный и одновременно торжествующий — как у человека, который только что раскопал что-то важное и теперь торопится поделиться.