Книга Разбитое небо, страница 129 – Кэтрин Коулc

Хейз стиснул зубы.

— Позвони мне сразу после допроса.

— Ты же знаешь, что позвоню.

Руис хлопнул его по плечу.

— Мы ее найдем.

Мне оставалось только держаться за это.

За надежду.

Я отказался от нее много лет назад, но Шайло вернула ее мне. Она показала свет, который прячется среди теней. Показала, что я могу стать гораздо большим, чем когда-либо считал возможным.

И я буду за нее бороться.

Черт, я сожгу весь мир дотла, если это поможет вернуть ее.

И никто меня не остановит.

Шайло

Я никак не могла унять дрожь. Наоборот, меня трясло все сильнее. Я пыталась осмыслить то, что видела перед собой. Лицо, навеки впечатавшееся в мои кошмары. Лицо человека, который должен был лежать в могиле.

— К-как?

Мой голос дрожал так же сильно, как и все тело. Я ненавидела этот звук. Доказательство того, что этот человек все еще способен внушать мне ужас.

Огаст ухмыльнулся.

— Ховард умеет обращаться с людьми. Может убедить их, что он именно тот, кем они хотят его видеть.

Я даже не взглянула на сокамерника Ховарда, несмотря на всю безумную чушь, которую он нес. Не могла отвести глаз от самого Ховарда. Это было слишком опасно. Словно передо мной крался хищник, готовый в любую секунду броситься.

Задай еще вопрос. Мне нужно было заставить их говорить и узнать как можно больше. И не позволять им приближаться.

— Кого он убедил?

Ховард рассмеялся, но этот смех совершенно не вязался ни с ним, ни с происходящим. Веселый, добродушный, словно у Санта-Клауса.

— Врач в тюремном медблоке и правда переживал тяжелые времена.

Огаст присоединился к его смеху.

— Старина доктор Адамс совсем расклеился после того, как жена бросила его и забрала детей.

— Идеальная почва, чтобы поверить в злобных женщин, способных разрушить тебе жизнь. — Глаза Ховарда сузились и остановились на мне. — А уж я-то знаю об этом все. Я утешал его, выслушивал. Я сам пережил предательство, когда пытался помочь человеку, а он обернулся против меня.

Помочь.

Меня замутило. Он действительно в это верил, и никто не смог бы его переубедить. А если я попытаюсь спорить, мне будет только больнее.

— Ты инсценировал свою смерть.

Огаст хлопнул в ладони и потер их друг о друга.

— Это было просто гениально. Док помогает изобразить припадок. Потом одна взятка сотруднику похоронного бюро — и свобода.

— Правда, в этом чертовом мешке для трупов пришлось пролежать несколько часов. — Лицо Ховарда исказилось от злости, и он резко повернул голову ко мне. — И это тоже из-за тебя. Ты заплатишь за все, через что заставила меня пройти. Но когда я с тобой закончу, ты станешь идеальной женой для моего сына. Будешь знать свое место и ценить все, что мы для тебя сделали.

Губы Огаста растянулись в звериной улыбке.

— А я помогу с воспитанием. И начнем мы очень скоро.

Меня накрыла волна головокружения, тошнота усилилась.

— Мне нехорошо. Кажется, те препараты, которые вы мне дали, плохо подействовали.

Огаст фыркнул.

— Не пытайся нами манипулировать.

Ховард шагнул вперед, и его глаза сверкнули в лучах дневного солнца.

— Хочешь заставить нас тебя пожалеть? Решила воспользоваться своей женской слабостью, чтобы мы почувствовали себя виноватыми?

Я не отступила, как бы сильно мне этого ни хотелось. Заставила себя стоять на месте. Ярость, вспыхнувшая от его слов, помогла. Слабой я не буду никогда.