Книга Правда или наказание, страница 22 – Ника Черри

Я податливо киваю, встаю и протягиваю руки вперед навстречу ремням, соединив запястья вместе.

Напрочь забываю о прикрывающем меня одеяле, которое без поддержки рук спадает упругими складками на пол вокруг моих ног. Немного смущаюсь несколько секунд, затем, набравшись смелости, просто перешагиваю через него навстречу двум горячим близнецам.

— Нет так... Вот так... -- он поднимает мои руки вверх.

Перекидывает ремень через балку на потолке и фиксирует меня в таком положении. Хорошо, что потолки здесь невысокие, но мне всё-равно приходится привстать на цыпочки, чтобы он мог застегнуть пряжку.

Я вытянута как струна, адреналин от предвкушения зашкаливает, нервы будто оголённые провода. Всё становится запредельно острым, ярким, жгучим. Ощущения усиливаются, сердцебиение учащается, дыхание перехватывает.

Братья ходят вокруг меня по кругу, жадно изучают взглядом. Изредка протягивают руки и проводят пальцами по чувствительным местам, едва касаясь. Дразнят, распаляют, доводят до иступления.

Марк склоняется к моей правой груди и медленно проводит по ней языком через центр, оставляя влажную дорожку. Эд повторяет тоже самое с левой. И они оба синхронно начинают дуть на мокрые следы, заставляя кожу на всём моём теле покрыться мурашками от переизбытка чувств и ощущений.

Горошины сосков тут же становятся твёрдыми, как камушки, и набухают, слегка увеличиваясь в размерах. Так и просят поиграть с ними: пососать, помять губами, может даже слегка прикусить. И парни незамедлительно исполняют все мои неозвученные желания.

Кровь приливает к щекам, груди, промежности. Нетерпеливо ёрзаю, сводя бёдра вместе, что лишь усугубляет неприятное напряжение внизу живота.

Эд прикасается к моей сочащейся влагой промежности и издаёт удовлетворённый стон.

— Хорошая девочка... Послушная... Податливая... Мокрая... Для нас... -- он растягивает слова, наслаждаясь каждой секундой моей слабости.

Убирает пальцы, несмотря на мой недовольный стон, и раскрывая губы, вкладывает мне в рот.

— Чувствуешь какая ты сладкая? Да, вот так... Пососи их...

Я втягиваю пряные на вкус пальцы поглубже в рот, обсасываю их, провожу между пальцами языком. Вылизываю каждую каплю собственного сока. В то время как Эд постанывает, наслаждаясь действом не меньше меня, наверняка представляя на месте пальцев свой член.

Марк подходит ко мне ближе, отстраняя брата. Обвивает мои ноги вокруг своего торса, стягивает трусы и с тихим стоном медленно входит в меня. Его ладони на моих ягодицах держат меня на весу, насаживая на член до упора, максимально глубоко.

Его брат наблюдает за нами, полируя свой член. Медленно водя кулаком по стволу, оттягивая крайнюю плоть, обнажает головку и массирует её. Смотрит с азартом в глазах за тем, как его близнец с силой вколачивается в меня, выбивая очередную порцию громких стонов.

Я пытаюсь двигаться навстречу, задавать ритм, но могу лишь обессиленно висеть, цепляясь ногами за мужскую талию. В таком подвешенном состоянии я всецело в его власти, и мне это нравится. Не нужно думать ни о чём, не нужно даже двигаться, можно просто сосредоточиться на ощущениях.

Ему стоит немалых усилий удерживать меня на весу и с остервенением трахать, о чем свидетельствуют проступившие на груди капельки пота. Руки напряжены и усыпаны дорожками набухших вен. Мыщцы округлились и плавно перекатываются при каждом движении. И даже сейчас он заботится о моём комфорте, принимая весь мой вес на себя, чтобы ремни слишком не натирали запястья. Кто же знал, что они такие джентельмены. Особенно в постели.