Книга Вернуть жену. Без права на прощение?, страница 66 – Ира Орлова

Открываю чат. Пишу Тимуру: «На сегодня всё. Завтра буду в девять».

Секунда, две — «Понял».

Безликое, скупое. И всё же я с облегчением выдыхаю. Никаких обсуждений, никаких уточнений. Просто рабочая точка. Пусть остаётся так.

Я неторопливо собираю свои рабочие инструменты. Тщательно убираю за собой посуду. Выключаю свет, и комната погружается в темноту. В окне отражается мой уставший силуэт. Запираю дверь и выхожу на крыльцо.

Холодный воздух обжигает кожу, в груди появляется ощущение свободы. Дом остаётся позади, словно забытая коробка с чужими воспоминаниями, аккуратно уложенная на верхнюю полку шкафа.

Следующее утро оказывается неожиданно лёгким. Мысли не тревожат, не царапают изнутри. Я лежу, слушаю тишину, и вдруг осознаю: у Олега сегодня день рождения.

Можно было бы сослаться на усталость из-за работы. Но вдруг я чувствую сильное желание выйти к людям, оказаться среди смеха, чужих разговоров и музыки. Вспомнить, как живут обычные люди.

С верхней полки достаю картонный тубус, извлекаю одну из своих любимых маленьких работ: городские крыши под дождём. Крошечные чердаки, чёрные трубы, тёплые окна с пятнами света. Всегда казалось, что в них живут простые люди, со своими страхами, мыслями, радостью. Пука не поднялась ее продать.

Наклоняю лист, и утренний свет скользит по мазкам. На обороте ставлю подпись и пишу «Для Олега». Заворачиваю в кальку, перевязываю грубой ниткой. Подарок сделанный своими руками и с душой.

Я мечусь с выбором одежды, как школьница перед выпускным. В голове борются два желания: надеть привычные джинсы, потому что это безопасно, и выглядеть красиво. Сегодня что-то внутри меня восстает против обыденности.

В итоге достаю чёрное платье до колена с открытыми плечами. В пакет летят шпильки, маленькая сумка на цепочке, помада. Решаю переодеться у Тимура после работы: быстрее, практичнее, и никаких заездов домой.

Его, как и обещал, к этому моменту уже нет в доме. Только чашки в посудомойке и лёгкий аромат его парфюма, как незримая тень, напоминающая о своем хозяине. Запах одновременно приятный и противный — в нём слишком много воспоминаний. Я открываю окно пошире, чтобы проветрить, а затем снова закрываю. Дышать становится легче.

Честно отрабатываю свои часы. Звоню в больницу в обед. Голос медсестры спокойный, чуть усталый: «Состояние стабильно». Мысленно накрываю маму пледом и шепчу: «Держись, моя умница. Я очень тебя люблю».

Перед выездом я пишу Тимуру:

«На сегодня всё. Завтра в это же время или в выходной?»

Ответ приходит почти мгновенно, словно он держал телефон в руке:

«Принял. Спасибо. Как хочешь.»

Становится удивительно спокойно. Без него работать оказалось… проще. Никто не дышит тебе в затылок и не следит за каждым твоим движением.

«Тогда завтра в это же время», — печатаю и кладу телефон в сумку.

Переодеваюсь в ванной. В зеркале я с голыми плечами и собранными вверх волосами, чуть непривычная сама себе, но красивая. Щёлкаю застёжкой на шпильках, провожу помадой по губам. Забираю тубус, выключаю свет и выхожу.

К дому Олега подъезжаю чуть позже назначенного времени. Серый двухэтажный таунхаус с тёплыми окнами, из которых уже льётся шум. Смех, музыка на фоне, чьи-то голоса в перебивку.

Паркуюсь под клёном, в зеркале поправляю выбившуюся прядь, провожу пальцами по ключицам — всё в поорядке.