Книга На волнах оригами, страница 268 – Анна Джейн

— Какие парни тебе нравятся?

Я пожала плечами. Вообще-то мне нравился Кейтон, однако раньше я считала, что меня привлекает другой типаж. Но что поделать – любимых выбирает сердце, не голова.

— Мне нравятся заботливые, – вспомнила я слова бабушки. Антон в образе странного однокурсника был именно таким. Хотя и сейчас, когда обе его личности, так сказать, воссоединились в одну, он остается таким же заботливым. Но люблю ли я его за заботу или же люблю просто потому что он – это он?

Кажется, второе.

— Заботливые и мне нравятся, – согласился Кирилл и тут же поправился: – Не парни, девушки заботливые! Ты заботливая?

— Надеюсь, – отвечала я и вновь мягко напомнила: – Думаю, на этот вопрос может ответить мой любимый человек.

Кирилл поморщился.

— Да не заигрываю я с тобой, – даже как-то раздраженно отмахнулся он, – и помню, что ты – занятая девица. Кстати, наверняка ушлый парень тебя подцепил. Если бы он не встретил тебя первым, со вчерашнего дня ты бы была занятой девушкой.

Карие глаза хитро уставились на меня.

— Ты точно не заигрываешь? – прямо спросила я, поражаясь своему нахальству.

Вот именно! Это же мировая звезда, Катя! Тебе с нее пылинки сдувать надобно! Но лучше тресни-ка его по наглой роже, у нас есть господин Тропинка.

— Точно, – вздохнул музыкант. – Понимаешь, я просто соскучился по родной речи, а ты единственный человек, с кем я волею судьбы могу разговаривать не на английском. Мне недавно сказали, что у меня акцент. Слабый, но есть. Друг сказал, когда мы разговаривали по телефону. Потому что я постоянно говорю на языке Шекса и Шо. Пою. Я даже думаю на этом же языке. И знаешь, Катя, – вдруг стал серьезным Кирилл, и игривый взгляд его потух, став каким-то другим, тусклым, но обжигающим, как пепелище от только что угасшего костра.

— Мне приятно поболтать с человеком, который видит во мне меня, – признался Кирилл неожиданно. – Не того-парня-который-лабает-в-той-крутой-группе. Прости за такие откровенные вещи, – вдруг поправился он и даже выставил вперед руку, словно ставя между нами невидимую ладонь.

— Я вижу в тебе человека с бородой, – кивнула я, пытаясь сгладить момент. – И того, кто переодевается в женщин.

— Однозначно, это успех, – серьезно кивнул Кирилл. – Ты не прочь пообедать вместе? Понимаю, приз выиграла твоя подружка – кстати, фигурка у нее отпад, – видимо, помнил он ту сцену, когда Ниночка выбежала на балкон в неглиже. – Но и ничем не хуже Великого Гектора, а в кое-чем даже лучше.

— В чем? – смеясь, спросила я.

— Я умею улыбаться, – растянулись его губы в улыбке – а улыбка у Кирилла была все-таки очень приятной. – Мрачный этого почти не умеет. Делает по расписанию, раз в месяц. Ну что, совместный обед? Около отеля неплохой ресторанчик.

— А ты не боишься, что тебя узнают поклонники? – тихо спросила я. У Кея была точно такая же проблема, правда, не в таком масштабе, хотя я не сомневалась, что «На краю» однажды будут известны ничуть не меньше «Лордов». Я верила в эту группу, и я верила в Антона.

А как иначе?

— Там есть ВИП-кабинеты, – легкомысленно отвечал молодой человек. – Все будет в порядке. К тому же фаны должны быть в другом месте. Сейчас проверю, – он вдруг заглянул в свой платинового цвета телефон с гигантским экраном – мобильник был выпущен одной крайне известной маркой и, судя по всему, это была какая-то суперограниченная версия. Помнится, подобный аппаратик хотела Нинка, которая обожала все, что можно было назвать «лакшери», однако достать его не смогла даже она.