Книга Я — эмпат, страница 14 – Алёна Шахнина

Я смотрела вслед его удаляющейся прямой спине, и меня охватила такая паника, что я еле сдержалась, чтобы не разреветься. Убийство? Совпадение или нет?

Чувствуя, что начинается головная боль, я сразу выпила таблетку и пошла в свою комнату, захватив визитку и телефон. Следователь казался обычным, задавал стандартные вопросы, не стал углубляться в преступление, рассказав только то, что и так узнают люди из прессы. Но вдруг он только казался обычным, а на самом деле был той самой фигурой в капюшоне и пришел проверить меня? Я вздрогнула от этой мысли, сжимаясь в комок и обхватывая себя руками.

По пути в комнату взгляд сам понесся в окно, и я увидела Людмилу, которая поливала цветы с каким-то отсутствующим, пустым взглядом. Я помялась пару секунд, борясь с любопытством, но решила пообщаться с ней, с надеждой, что сейчас она спокойна.

Я вышла из дома и подошла к забору. Люда меня не видела, она словно вообще ничего не видела.

— Людмил, привет! — крикнула я, и она вздрогнула от неожиданности. — Кошмар, да? Ирина и Олег, вот как так?

Крючок сработал отлично. Людмила ожила, бросила шланг под яблоню и, вытерев руки о цветастый халат, подошла ко мне.

— Дааа, — протянула я, — слушай, я отойти не могу! Иринка-то всегда такая молчаливая, спокойная, вежливая. — она цокнула языком и покачала головой.

— Да и Олег нормальный был, и что на нее нашло, — врала я грустным голосом.

Людмила подошла чуть ближе и, озираясь по сторонам, начала шептать:

— Я всегда говорила, что в тихом омуте черти водятся. Иринка хоть и тихая, но взгляд у нее всегда такой тяжелый.

Она помолчала, озираясь в сторону дома, где произошло убийство.

— А, может, это не она? — с сомнением спросила я.

— Да ты что! — Люда махнула рукой. — Ее, когда выводили, у нее такой взгляд безумный был! Ночнушка и руки все в крови! Я слышала, полиция говорила, что еле нож у нее отобрали. Сидела в углу комнаты, держала его, даже себя хотела убить. А комната как после бойни! Даже полиция в шоке!

— Ого, — у меня внутри похолодело от ужаса, — крыша поехала у нее что ли?

— Не знаю, — ответила Люда. — Но ты представляешь, она убила его ночью, а обнаружили это только в полдень! И то случайно, когда к ней мать пришла. Ирка сидела со своим мертвым мужиком почти двенадцать часов!

Я застыла, не в силах сказать ни слова.

— И ведь отрицает это, стерва, — прошептала Люда, — Я слышала, как она кричала, что это не она, что кто-то приходил. Но там отрицай — не отрицай, и так все понятно.

— Мам! — раздался голос Артема из дома Людмилы. — У тебя потоп, выключи воду!

Людмила выругалась и обернулась на яблоню, под которой уже образовалось болото, растекающееся на их кирпичную дорожку.

— Заболтала ты меня, Ольга! Бегу! — спохватилась соседка и ушла выключать воду.

Я еще смотрела, как она крутит вентиль возле дома, как вода медленно перестает течь из черного шланга, а потом ушла домой на тяжелых ногах. Может, Ирина тоже стала… эмпатом? И чью-то ярость выплеснула на мужа? А вдруг со мной произойдет тоже самое? Я вздрогнула от этой мысли. Как хорошо, что Кирилл ушел, и мне не придется его убивать.

Я зашла в дом и несколько секунд простояла возле двери, прислонившись к ней затылком. Образ окровавленной Ирины и ее мертвого мужа, с которым она просидела полдня, не желал покидать мои мысли. Я рисовала в воображении, как она ночью встает, идет на кухню, берет нож, возвращается в спальню и методично вонзает клинок в тело супруга. Олег просыпается от шока и боли, смотрит на нее испуганными, непонимающими глазами, пытается ухватиться за ее руки, но она продолжает… Кровь брызгами летит на стены, на ее ночнушку, на подушки, растекается по простыням. А потом он затихает, его тело обмякает, слышен последний хрип.