Книга Я — эмпат, страница 3 – Алёна Шахнина

Планшет лежал в ящике стола, там, где и всегда. Я могла найти его с закрытыми глазами, потому что он всегда был здесь. Но, видимо, уже бывший муж хотел привлечь мое внимание, заставить осознать горечь утраты такого шикарного спутника жизни, выбрав для этого святая святых — супружескую спальню. Только попытка оказалась бесплодной, я не отреагировала, даже когда Кирилл взял у меня планшет, коснувшись моих пальцев и что-то буркнул себе под нос. Я лишь посмотрела на его пакет, на куртку, переброшенную через руку, и вышла из комнаты, бросив ему через плечо:

— Ключи оставь у входа.

Я вернулась в кухню, блаженно вытянув ноги на стуле, и продолжила смотреть сериал. Подняла взгляд только когда мимо кухни промелькнула его тень. Он бросил ключи на обувницу и вышел, демонстративно хлопнув дверью.

Я снова приняла это как состоявшийся факт. Ушел и ушел. Плевать.

Вечером, когда я пришла в комнату поваляться на кровати, я споткнулась о коробку с сувенирами. Еле удержалась за шкаф, чтобы не грохнуться между шкафом и кроватью. Чертов Кирилл как будто специально поставил ее на пороге, отодвинув от стены.

Я села на кровать и уставилась на коробку, которая еще хранила гаражную пыль и мои отпечатки. Аккуратно приоткрыла ее, убеждая себя в том, что надо разобрать содержимое, иначе в следующий раз я точно грохнусь. Решительно поднявшись с кровати, я притащила с ванной влажную тряпку, чтобы стереть шестилетнюю пыль с моих раритетных подарков, и начала разбирать коробку.

Сначала на полку встали крупные фигурки — копилка в виде белой собачки, большое сердце и пара влюбленных. Потом я протирала и ставила маленькие статуэтки, пытаясь вспомнить историю каждого. Половин, конечно же, опознать не удалось, но часть подарков снова вернули меня в прошлое.

Последним остался черный камень. Я смотрела на него и думала — выбросить или оставить. Это камень нашла Ника, когда мы в детстве забрели в заброшенный дом. Зачем она его забрала и потом отдала мне, я не помнила, но бережно хранила. Я взяла камень в руки, протерла пальцем. Он оказался гладким, прохладным на ощупь. Довольно большой — крупнее моей ладони. Но для такого размера оказался удивительно легким. Я покрутила его в руках, а потом потрясла. Изнутри донесся какой-то странный звук, словно там хранился песок. Пригляделась и увидела тонкую полоску посередине. Это был не просто камень, это был футляр.

Я приблизила камень к глазам, чтобы лучше видеть отверстие и резко вдавила ногти больших пальцев в разрез. Камень щелкнул и открылся, выбрасывая в воздух черную пыль. Я невольно чихнула, когда она облаком окутала лицо, и тут же подумала, что зря вдохнула эту древнюю гадость.

Я протерла лицо чистой рукой, с отвращением вытирая остатки черной пыли и с разочарованием посмотрела внутрь — пусто. Никакого старинного украшения, ни записки от предков, только черные стенки. Подумав, что делать с футляром — выбросить или сохранить как память о беззаботном детстве, о когда-то лучшей подруге, я решила, что выбросить его не поднимется рука. Я вытерла с его поверхности пыль и убрала на полку. Пусть лежит. Как воспоминание о детстве, где не нужно было играть какую-то роль, чтобы понравиться другим.

Утром я едва не проспала на работу. Утром я едва не проспала на работу. Привыкла, что после моего будильника звенят еще десять Кирилла, поэтому отключила звонивший телефон, и снова уснула, дожидаясь будильника мужа. А когда открыла глаза и посмотрела за спину, резко вспомнила, что я больше не замужем. Кинула взгляд на часы — половина восьмого. И если бы не планерка ровно в восемь, я бы спокойно опоздала. Но мой начальник терпеть не мог опозданий.