Книга Братья, страница 60 – Алёна Шахнина

Врачи приехали не так быстро, как хотелось бы, и сразу приступили к работе. Я рассказал о случившемся, они измерили давление, температуру, посмотрели глаза, кожу и вынесли вердикт:

— Давление и температура низкая. Слизистые сухие. Признаки истощения. Ты как питаешься? — сказал седой взрослый врач.

— Нормально, — неуверенно произнесла Настя и посмотрела на меня.

— Нагрузки?

— Учеба, спорт. Ничего особенного, — сказала она и снова кинула в меня стыдливый взгляд.

— Снимай кофту, кардиограмму снимем.

Настя не двинулась и продолжила сверлить меня взглядом. Не сразу, через пару секунд я понял причину ее взгляда, толкнул Тимура, и мы ушли в раздевалку.

— Слушай, ты можешь как-то у директора выбить талон на бесплатные обеды в столовой? — спросил я у брата. — Пусть это будет помощь тем, кто участвует в твоем движении.

— Да, думаю это реально, — ответил Тимур и облокотился на стену.

— Сделай. От нас она помощь не примет, а так это вроде награда за ваши волонтерские дела.

Брат кивнул и уставился в стену пустым взглядом. Я хотел у него спросить — он до сих пор видит в Насте шпиона, до сих пор думает, что она притворяется или нет. Но не стал. Сейчас это не имело значения. С этим мы разберемся позже, а пока важно помочь так, чтобы она не смогла отказаться и не чувствовала стыда.

Врачи что-то заговорили, и я аккуратно выглянул в зал. Настя уже натянула кофту и сидела на мате.

— Мы тебя можем забрать в больницу, проколем глюкозу, витамины. Неделю полежишь, отдохнешь, — сказал врач.

— Нет, в больницу я не поеду, — отпиралась она.

— Значит, наладить питание. Чтобы в рационе были не только чипсы, как вы любите, а мясо, крупы, овощи. Больше отдыхать и спать.

— Хорошо, — тихо ответила она.

Мы проводили врачей, поблагодарили их, а Настя уже за это время поднялась с пола и выглядела почти бодрой. В руках она держала кофту Тимура, и протянула ему, когда мы подошли.

— Оставь пока, сейчас обедать поедем, а там холодно, — сказал брат.

— Не, ребят, я в общагу. Вы же слышали — мне надо отдыхать, — отпиралась она.

— Вообще-то ты мне кофе за победу обещала, — напомнил я. — Так что сначала обед, а потом отдых.

Настя снова протяжно, со стоном вздохнула, надела кофту и схватила с пола рюкзак, который я тут же у нее забрал. С одним она еще могла спорить, а с двумя точно не имело смысла.

Настя

Из всех моментов, когда мне было стыдно, этот смело занимает первое место. Лежать без сознания перед чужими людьми, слушать, как врач при них говорит об истощении. Господи, ну за что мне это? Но теперь я поняла важную вещь: надо прекращать голодовать. Больше такого позора я не выдержу.

И вот они оба здесь. Смотрят с беспокойством, даже у холодного Тимура взгляд поменялся. Жалость… Эта ненавистная мне жалость. Но злиться не было сил. Бороться с ними — тоже. Два упертых барана, давящих своей заботой, и не понимающих, что рядом с ними я чувствую себя слабой. А я не имею права быть слабой, пока не забрала брата.

Я укуталась в кофту, даже не пытаясь сопротивляться. Позволила Матвею забрать свой рюкзак и мягко подтолкнуть на выход. И я пошла. Твердым, уверенным шагом, будто это было мое решение позвать меня в кафе.

В машине братья начали обсуждать, куда поехать. Спрашивали у меня, говорили названия кафе. А я откуда знаю? Я знаю только два места: в одном была в детстве, во втором работаю сейчас. Все остальные названия для меня пустой звук.