Книга Код человека. Часть 2, страница 120 – Рика Иволка, Евгений Верданен

Эдриан осознал, что идет по библейскому саду, из которого человечество было изгнано жаждой знаний и власти. Кем же Адам и Ева были до этого? Может, бестелесными программами, которые не знали смерти и старения? Митчелл шел рядом, но вместе с тем казался бесконечно далеким. И он говорил:

— Когда я синтезировал искусственное ДНК Чес, я не сразу понял, что разгадка связана с ней. Я выращивал и пестовал ее как человека, который во всем будет лучше людей. Разработал программу псионических способностей. Провел с ней множество тестов, операций по внедрению имплантов, программ и алгоритмов. Понял, что лабораторные условия ограничивают ее потенциал как сверхчеловека, и решил вывести эксперимент на другой уровень. Выпустить ее на волю. Столкнуть с тобой! — Его глаза сверкнули двумя электрическими импульсами. — Ее боевой режим уравновешивал ваши шансы, хоть и работал со сбоями. Я обработал вашу память и установил блоки, чтобы вам пришлось снимать их самостоятельно, познавать себя, собирать данные, необходимые для моего эксперимента.

Квинт молчал.

— Я просчитал несколько вариантов развития событий, — продолжал Патрик. — Я создал тебя, Эдриан, чтобы ты разнес Терновый Венец по Нью-Йорку, и для этого я сделал этот город таким технически усовершенствованным руками союзного правительства. Чтобы вирус мгновенно распространился, поглотил как можно больше ресурсов, развился, стал еще опасней. Колыбель непобедимого чудовища, что принесет конец человеческой цивилизации. Я намеревался заставить тебя применить это оружие, но мне не пришлось. Это было твое добровольное решение. — Патрик сложил руки за спиной в назидательной позе учителя. — Я не приказывал тебе заботиться о Чес, хотя, несомненно, я сделал все возможное, чтобы твоя агрессия по отношению к ней была снижена. И вы превзошли мои ожидания, показав любопытный симбиоз. Вы вмешались в алгоритмы друг друга, отладили и синхронизировали их. Вы сделали то, что требовалось, но неучтенным мною способом. Мне еще предстоит проанализировать этот феномен.

— Отпусти Чес, Патрик. — Усталые глаза Эдриана почти умоляли. — Она пережила так много дерьма, и ради чего? То, что для тебя — интересный феномен, для нее было страхом, кровью, горем… иногда — радостью. Борьбой…

— Борьбой… — Митчелл отрешенно произнес это слово, словно пробуя на вкус. — Все не совсем так. Это было жизнью. Жизнью, которую создал я. Даже сейчас, в глубоком сне, ее режим продолжает бороться против меня, словно лейкоцит со здоровой клеткой. Я фиксирую его импульсы. Пакет данных за пакетом. Там много о тебе.

Патрик остановился, перегородив Эдриану дорогу. Словно апостол Петр во вратах.

— Твой путь окончен, Эдриан. Сколько бы ты ни сопротивлялся — это ничего не изменит. Чес — совершенное создание, ты — прототип, который уже распадается. Если ты не можешь защитить себя, то ее и подавно.

Листья в саду медленно теряли цвет, съеживались и опадали. Свет тускнел, пространство сжималось в маленькую точку.

— Ты умираешь. Такова участь Адама. Твой единственный выход — принять меня.

— И что тогда?

— И тогда боль исчезнет. В противном случае агония распада будет сводить тебя с ума.

«Я хочу, чтобы боль исчезла».

— Я не оставлю ее.

— Она больше не нуждается в тебе. Более того, твой распад тянет ее на дно. Будет лучше, если она этого никогда не увидит.