Онлайн книга «Код человека. Часть 1»
|
— Можно жареных бананов? — И синтоколу, тцаминин ёца? — Да! Толстый пожилой кореец, хозяин забегаловки «Бо-бо и Чу» — их там было двое, повар и сам хозяин, и Чес постоянно забыла кто из них Бо-бо, а кто Чу — первым из всех в Бетельгейзе запомнил ее предпочтения, поэтому тут «тцаминин ёца» завтракала чаще всего. Ну и жареные бананы в темпуре с шариком мятного соевого мороженного у корейцев были просто отпад. — Спасибо, Чу! Долговязый повар улыбнулся ей через плечо и поправил: — Бо-бо. Расправившись с бананами, Чес встала у платформы монорельса, попивая синтоколу и раздумывая — запрыгнуть в вагон или пройтись на своих двоих. За пару месяцев наблюдений за йоркцами в этом боро она уже знала, что вагоны чаще всего предпочитают вечно спешащие корпы низших чинов в серых костюмах из переработанного синтетика производства «Франц-Вита». У таких ребят встроены ЩИТы уровня «один плюс» и сложные интерфейсы — Чес такие еще не встречала, придется крепко потренироваться, прежде чем вскрывать их черепушки. Но вчера Резчик снял несколько блоков с ее пси-импланта, значит, теперь она может попробовать… или лучше еще поиграться с мышками? С бродягами и тусовщиками, членами мелких банд, проститутками, барменами, официантами. Эти жители темного Нью-Йорка, как вампиры из книжек Старого мира, существуют во всех красках только с наступлением неоновой ночи — пьют синтетический алкоголь, глотают колеса горстями, бегут за мимолетным кайфом и легкими кредитами. Утром они превращаются в бледных летучих мышей, боящихся вылетать на свет, пусть даже искусственный — солнце редко пробивается на это дно сквозь башни корпораций и элитные Мегаблоки. Мышки бредут в тени улочек Бетельгейзе, лениво переставляя протезированные ноги, в их головах больше веселящих чипов, чем серого вещества, взломать такие ничего не стоит — особенно теперь, без «цепей». Очередной вагон пронесся по монорельсу, поднимая в воздухе запах пыли, раскаленного металла и резины. Чес глубоко вдохнула этот странный коктейль и щелкнула пальцами — жест не обязательный, но эффектный. Ласточка полетела со скоростью сапсана, точно тонкая игла, прошивающая головы — одну за другой. Легкая добыча. Чес моргнула, зафиксировала положение, давая себе секунд десять на то, чтобы придумать своим новым куколкам задание. Хотелось что-то яркое, близкое к перформансу, но в мозгу тут же зазвучал голос зануды Рэда: «Не делай шума, детка, мы крадущиеся тигры, мы стелс-котики, нам нельзя светиться». — Ладно… — Чес выдохнула. Десять секунд подходят к концу. — Танцуйте! Она моргнула, и бабочки, наколотые на ее ментальную иглу, вдруг заплясали кто во что горазд. Идущие мимо них сонные бродяги, не затронутые ее «магией», поотскакивали в стороны, как каучуковые мячики, какая-то женщина громко возмущалась на французском — лингвистический чип распознал пару фраз: — Наркоманы! Что устроили⁈ Вызовите полицию кто-нибудь! Чес хихикала, наблюдая за тем, как ее игрушек расталкивают недовольные прохожие. Когда один чуть не рухнул через оградительную линию в пропасть Бетельгейзе, Чес отпустила вожжи — гребаных полисов здесь только не хватало. На других уровнях воронки была добыча посложнее — обслуживающие монорельс работники, тоже какие-то корпы, защищены вторым уровнем, очень собранные ребята, явно на стимуляторах, чтобы хоть как-то высыпаться за пару часов в день. Они ходили по закрытой зоне обслуживающего подуровня небольшими группами, перепрограммировали щитки, налаживали ход, что-то чинили. Чес не рискнула соваться к таким ребятам — даже если взломаешь одного, другие могут что-то заподозрить и поднять тревогу. Оцепят уровень, и она опоздает на встречу с Рэдом, или же вообще попадет на проверку — это будет хуже всего. А вот тот парень, хмм… |