Книга Код человека. Часть 1, страница 59 – Рика Иволка, Евгений Верданен

— Дорогая, не беспокойся. Они за все ответят. Слово тигра, — говорил Такахаси, поглаживая ее ладонь.

Ему она тоже сказала, что все в порядке. Все и впрямь было в порядке. Глаз довольно быстро восстановился, боль глушили пачки нейротина, а какое-то успокоительное с едва произносимым названием помогало Чес уснуть без снов. Но иногда они просачивались сквозь химический барьер таблеток, и это были ужасные ночи. Она видела зеркальные шлемы, многократно отражающие ее испуганное лицо. Видела, как фургон медленно заполняет кровь и как она тонет в этой крови, безуспешно пытаясь открыть дверцу. Видела мужчину — русый, светлоглазый, с очень пристальным взглядом. Каждый раз он просто смотрел, а после сон прерывался. Но Чес постоянно казалось, что вот-вот он по-волчьи оскалится и отгрызет ей лицо.

Каждый раз она просыпалась и, глядя в зеркало на залитый кровью глаз, с улыбкой говорила себе:

— Со мной все в порядке.

Стоило произнести это заклинание три раза, как и впрямь становилось лучше.

Она обещала Рю и Дикону, что не переступит порог пентахуса, пока не восстановится полностью. Но в тот вечер, когда младшая Такахаси ушла по своим делам, Чес поняла, что больше не может сидеть здесь.

Была осень. Шел дождь. Рэда не было дома. Когда дверь на чердак в Апартаментах Ист-Ривер открылась, Чес еще не успела обсохнуть — так и сидела, забравшись с ногами на постель, вода не переставая капала с волос на термопеновый матрас. Чес чувствовала, словно бы ей снова семь, и она снова описалась в кровати от страха. Что ее тогда напугало? Нет, лучше не вспоминать.

— Чес⁈ Ого, не ожидал тебя… Ого… ого… так, погоди сейчас я сгоняю за веганбургерами…

В этот день она впервые за долгое время так долго ревела. Уткнувшись в плечо Шестерки, Чес беспрестанно пересказывала свои сны, раз за разом, одно и то же, сотню раз, тысячу раз. То сдавленно рычала от злости и колотила Рэда в грудь, то выла, превращая дождевые озера вокруг них в моря. Они уснули в обнимку на сухом полу, завернувшись в огромную черную толстовку с эмблемой «Синдиката». Была осень. Из-под двери сквозил ветер с запахами дешевого жилья и улицы. Этой ночью Чес ничего не снилось без всяких таблеток.

Утром Рэд разбудил ее, бросив в лицо полотенце.

— Иди-ка прими душ, плакса. Заскочим кое-куда.

Спустя полчаса они уже спускались в метро, а через пару пересадок вышли на самой последней станции обрубленной Ее Величеством линии. Но Рэд не повел их к выходу на поверхность — свернул в сторону служебного входа. Там приложил палец к сенсорной пропускной панели, и дверь открылась.

— Не знала, что ты на полставки в метро батрачишь.

Рэд глянул на нее через плечо, проходя внутрь длинного технического коридора.

— Ну, раз шутишь, значит оклемалась.

— Со мной и так все в порядке, — буркнула Чес.

— Ага, а соленое море на моем чердаке разверз Моисей.

— Пошел ты.

Еще несколько пропускных пунктов, лестниц вниз, проход вбок, еще раз вниз, потом решетчатая дверь с табличкой «Опасно! Не входить», куда они, разумеется, вошли, и финальная преграда в конце коридора — металлические ворота.

— Воу! Это что, проход в закрытую часть метро⁈

— Ага. То самое Подземье, детка. Кроличья нора. На той стороне нас ждет Гудвин, который подарит тебе утраченные нервные клетки. Шучу, не бей! Но подарок будет. От старины Рэда. Идем.