Книга Две котлеты Виолетты. Попаданка в хозяйку таверны, страница 2 – Мария Мире

— Дракон… — голос перестал быть шепотом и приобрел немного истеричные нотки.

Чужие воспоминания ошеломляющей волной заполняли меня. Я начала дышать глубже, стараясь осознать происходящее и отогнать все еще разрывающую голову боль.

Получается, я — теперь она? Виолетта. Брошенная жена дракона. Лишенная защиты, денег, статуса. Выкинутая из высшего общества в нищету. Хорошо хоть имя у нас с ней одинаковое. А как же моя жизнь?! Работа? Я потратила кучу нервов, чтобы устроиться в тот ресторан помощником повара! А как же…

Новая волна воспоминаний — и я поняла, где нахожусь. Сильнее сжала виски, чуть встряхивая голову, чтобы хоть чуть-чуть прийти в себя.

Я подошла к двери и приоткрыла ее. Снизу донесся гул голосов. Смех. Звон кружек. Пьяный ор.

Нет, этого не может быть. Такое происходит только в книгах, что я читала по ночам, стараясь хотя бы на время убежать от своего одиночества и скучной жизни. Может быть, я в коме и это все — плод моего воспаленного сознания? Я захлопнула дверь и прислонилась к ней лбом, продолжая глубоко дышать.

Этого. Просто. Не может. Быть.

Таверна. Моя таверна. Воспоминания мелькали будто бабочки, позволяя восстановить картину и вызывая жалость, ужас и… злость. В моем мире ублюдки-миллионеры тоже часто после развода оставляли женщин ни с чем, но здесь это и вовсе казалось в порядке вещей. Сделав глубокий вдох, еще раз приоткрыла дверь и прислушалась.

В конце концов, даже если все это игры моего подсознания, почему бы не воспользоваться выпавшим шансом? Хотя бы узнаю — каково это быть героиней одной из тех книг. По знакомым мне сюжетам героини там обычно все брали в свои хрупкие руки и моментально добивались успеха.

Вернулась к зеркалу и еще раз осмотрела свое новое отражение. Мда… Не так плохо, но заплаканные глаза и покрасневший кончик носа не придавали мне убедительности. Решительно втянула воздух и медленно выдохнула, невольно опять изумляясь своим новым формам и стараясь больше не тратить время на сомнения.

Узкая лестница вела вниз — в зал, полный людей: грязных, шумных, опасных. По спине пробежала дрожь. Чужая память подсказывала: таверна досталась ей по условиям брачного контракта сразу после замужества, как выделенная доля из приданого. Но к моменту прибытия Виолетты, не имевшее раньше должного присмотра, это место превратилось в обычную пивнушку, куда приходили не отдыхать и поесть, а залить глотку дешевым пойлом.

Я спускалась медленно, с опаской рассматривая публику и набираясь решимости. Сжав вспотевшими ладонями ткань юбки, я пошла в сторону барной стойки, решив начать разговор с местного бармена, который, получается, работает тут на меня.

Не успела я приблизиться, как разговоры стихли. Сначала просто притихли, потом кто-то громко хмыкнул. Взгляды заскользили по мне — липкие, оценивающие, скучающие.

— О-о-о, — протянул кто-то у дальнего стола. — Гляди-ка, хозяйка очнулась.

— Подумала, ее дракон вернулся? — засмеялся другой, и несколько голосов его подхватили.

Смех был грубый. Неприятный. Пусть это и относилось не совсем ко мне, я уже решила принять выпавшую мне участь и взять на себя роль той Виолетты и изменить ее жизнь, как принято в прочитанных мною книгах.

Я выпрямилась, задирая подбородок, хотя колени под длинной юбкой предательски дрожали.