Книга Две котлеты Виолетты. Попаданка в хозяйку таверны, страница 64 – Мария Мире

Глава 17. Тяжесть ожидания

Ночь я провела, уставившись в потолок своей комнаты и вспоминая.

Вспоминая свою прежнюю жизнь. Доступные мне кусочки жизни той, прошлой Виолетты. Сравнивала. Сопоставляла. Сочувствовала и думала. Думала о том, что произойдет, если Каэль хоть в чем-то ошибся. Что если Азарель все-таки намеренно не провел ритуал и от своей бывшей жены он ждет что-то иного? Что если он вовсе не станет церемониться и поняв, что кольцо оказалось связано со мной — убьет меня. Мыслей и тревог было слишком много, уснуть они мне так и не дали.

Я спустилась в зал, когда небо едва начало светлеть над горизонтом. Тяжелые тени еще жили по углам, цеплялись за балки, прижавшись к ножкам стульев. Но у окна уже стоял Каэль — будто бы и вовсе не поднимался к себе.

Он не обернулся на скрип ступеней, но я была уверена, что мое появление все же не осталось незамеченным. Вчерашние признания лежали на душе тяжким грузом. Мне хотелось одновременно подойти ближе и уйти так далеко, чтобы никогда больше не встречаться с этим мужчиной. Но сейчас он был моей единственной надеждой на столь полюбившуюся мне жизнь. На свободу.

Все так же сохраняя молчание прошла на кухню и занялась привычным делом. Скоро проснутся и другие постояльцы, возможно заглянет и кто-то из местных. Завтрак должен быть готов. Спустя время вернулась во все еще практически пустой зал с кашей — густой, горячей, с маслом — и взваром, ароматным, с мятой и сухой смородиной. Поставила одну из тарелок рядом с Каэлем на подоконник. Он как и я продолжал хранить молчание, но взял предложенный завтрак так быстро что на секунду его пальцы накрыли мои.

Это мимолетное касание вдруг показалось единственным якорем в моем привычном мире, который вот-вот собирался рассыпаться на ветру.

Мы ели стоя, глядя на медленно просыпающуюся деревню. Где-то заскрипели ворота — протяжно, недовольно, как человек, которого разбудили слишком рано. Пропел петух. Потянуло дымом из соседской трубы. Обычное утро. Только для меня оно больше таким не было.

Внутри у меня все было сжато в тугой, болезненный комок — где-то под ребрами, там, где обычно и живет страх. Вот только кого-то страх заставляет замереть, будто маленького зверька. Меня страх толкал на действия.

Когда мы оба закончили с завтраком я унесла тарелки в кухню и быстро вернулась.

— Помоги мне, — мои первые слова за это утра заставили Каэля будто бы слегка напрячься.

Он повернулся, сталкиваясь со мной взглядом и лишь кивнул. Не спрашивая, не выдав привычной колкости. Будто был готов помочь мне абсолютно в любой просьбе. Попроси я его сейчас вырыть могилу для бывшего — уверена он бы уже шел за лопатой.

Но я лишь подошла к одому из массивных столов и ухватилась за его край, дожидаясь, когда мужчина возьмется за противоположный.

Мы двигали мебель без суеты — с холодным, почти чужим для меня расчетом, который, впрочем, давался неожиданно легко. Словно страх где-то на третьем часу ночи перегорел и оставил после себя что-то твердое и спокойное, как зола. Самый большой стол — туда, где гости будут видеть весь зал и думать, что контролируют пространство. Я не сомневалась, какой именно стол выберет дракон, пожелавший заявиться сюда с новой женой спустя всего полтора месяца после развода. Убрали одну из бочек за стойкой, чтобы проход на кухню был шире. Один из столов передвинули так, что хоть он и оставался на виду, при особом желании занявший его гость мог спрятать свое лицо в тени от лестницы. Каждый скрип этих половиц я уже знала наизусть. Эта таверна была моей крепостью, и я планировала защищать свою независимость, добиваться наилучших для себя условий.